Книга Таша из рода Ратингеров, страница 7 – Евгения Кобрина

* * *

Таша с самого утра собирала в лесу ароматные ягоды. Она уже набрала полную корзину, когда вдруг небо заволокло тучами, и неожиданно пошел дождь. Девушка нашла убежище в полуразрушенной хижине лесника, которая сохранила две стены и ветхую крышу. Таша хорошо укрыла ягоды своим плащом, чтобы те ненароком не промокли, и уселась на покосившуюся скамью — остаток разворованной мебели дома. Она всегда любила такие вынужденные моменты уединения, дождь может затянуться, а значит, Таша дольше побудет наедине с собой, вспомнит прошлое, помечтает о будущем.

Но сегодня судьба уготовила девушке иное, её желанное уединение было грубо нарушено. К хижине приблизился всадник и, быстро спешившись, завел животное под ветхую крышу. Мужчина откинул капюшон с головы, и Таша вскинула на него взгляд: красивый, молодой, знатный.

Никэль тоже не остался в долгу, его взгляд быстро прошелся по старым запыленным ботинкам, унылому безразмерному платью, небрежно заплетенной косе с сухими листиками в волосах и остановился на красивых глазах, которые разглядывали его из-под веера пышных ресниц. Взгляд девушки тут же потупился, а мужчина отметил красоту юного лица и изящество тела, которое угадывалось под старым платьем. Никэль улыбнулся и потрепал коня по гриве:

— Ну и погода сегодня, а ведь утром ничего не предвещало беды, — ответа от незнакомки не последовало, и Никэль улыбнулся сильнее, угадывая её смущение. — Тебя, я вижу, погода тоже застала врасплох, — он посмотрел на укрытую плащом корзину и предположил: — Собирала в лесу ягоды?

— Да, ваша милость, — наконец тихо сказала девушка, подчеркивая их статусное различие.

Хоть Никель и видел, что незнакомка из селян или слуг, но её «ваша милость» ему не понравилось. Девушка была привлекательной и заинтересовала его, поэтому мужчина хотел, чтобы и на него юная красавица смотрела так же, с интересом, а не боязливо прятала взгляд. Никэль шагнул к ней и заметил, как плечи девушки напряглись.

— Как твое имя, милая?

— Таша, ваша милость, — сказала она и быстро поднялась на ноги.

— Ты из деревни?

— Нет, из замка барона Шортона, — девушка взглянула на мужчину и добавила: — я под его защитой.

Никэль нахмурился и внимательнее пригляделся к незнакомке. Красивая рабыня с правильными чертами лица и хорошей осанкой, кожа мягкая, волосы блестят — она достойна постели знатного человека. Наверное, не один Никэль заметил миловидность юной служанки, похоже, барон Шортон уже давно пригрел эту красавицу у себя в постели. Но все же девушка была слишком молодой, чтобы быть любовницей Хьюго. Она годилась ему в дочери.

— Как давно ты в замке?

— Около месяца, ваша милость.

Опять это «ваша милость», разозлился Никэль:

— Около месяца и уже забралась в постель к моему отцу? Ловко.

Таша резко вскинула взгляд — незаслуженное оскорбление её задело. И пусть перед ней сын её господина, она не потерпит таких слов:

— Сейчас же возьмите свои слова обратно!

Никэль не поверил своим глазам: еще секунду назад перед ним стояла тихая, запуганная мышка, а сейчас на него взирает разъяренная тигрица с достоинством королевы. Невероятное преображение! Мужчина на пару секунд потерял дар речи, любуясь этой воинственной и величественной красавицей. Но девушка, похоже, тоже поняла, что её преображение слишком разительно, потому что в её взгляде что-то сверкнуло, а потом потухло. Таша прикрыла глаза и сделала шаг назад. Перед Никэлем снова была «мышка».