Книга Королева Шотландии в плену, страница 250 – Виктория Холт

Боллард уходил последним, и когда он добрался до окраины Филдса, из-за кустов вышли двое мужчин.

— Джон Боллард? — спросил один.

— Вы хотите поговорить со мной?

Другой быстро схватил его за руку.

— Вы арестованы по приказу королевы.

— За что?

— За измену, — прозвучало в ответ.

Джон Боллард понял, что его опасения были не напрасны.

Бабингтон знал, что Болларда схватили, но не верил, что Уолсингем знает о заговоре. Если это так, то почему он арестовал Болларда, а остальных оставил на свободе?

Можно было не сомневаться, что Боллард не выдаст своих друзей. Он был ревностным католиком и одним из самых смелых людей, когда-либо встречавшихся Бабингтону. Он будет молчать, что бы с ним ни делали, поскольку будет продолжать надеяться, что план убить Елизавету и установить католицизм в Англии удастся.

Но было неразумно оставаться в Англии. Бабингтон пригласил некоторых заговорщиков в Барбикан и сказал им, что собирается поехать во Францию, чтобы окончательно договориться об иностранном вторжении. Следовательно, он должен был обратиться к Уолсингему за паспортом.

Что касается ареста Болларда, то они обсудили это событие, и Гифорд выдвинул предположение, что его, возможно, взяли за то, что он был нонконформистом, как и многие священники.

— Это, несомненно, так, — ответил Бабингтон — Но мы должны продолжать выполнять свои планы. Чем скорее я окажусь во Франции, тем раньше мы сможем, приступить к делу.

С ним согласились. Но прошло несколько дней, а Уолсингем все не отвечал на его просьбу выдать паспорт. Бабингтон, начавший волноваться, снова написал секретарю и предложил свои услуги в качестве шпиона во время пребывания во Франции. Как дворянин с католическими убеждениями, он мог рассчитывать на доверие со стороны других католиков и на то, что ему будет нетрудно вращаться среди врагов их повелительницы, королевы Елизаветы.

Это позабавило Уолсингема, и он пригласил своего управляющего, одного из секретарей и нескольких своих слуг высшего ранга.

— Есть молодой человек, — сказал он им, — который докучает мне просьбами выдать ему паспорт. Свяжитесь с ним, пригласите его поужинать с вами. Внимательно понаблюдайте за ним и напоите его вином. Послушайте, что он будет говорить в пьяном виде. Вы можете предложить ему… ну, например… что попробуете, если сможете, помочь ему в его просьбе.

Вскоре после этого Бабингтону нанес визит секретарь Уолсингема, и он принял его приглашение на ужин. Но слуги Уолсингема не имели опыта шпионажа, и что-то в их поведении вызвало подозрение у Бабингтона. Он пил совсем не так много, как им того хотелось. К тому же во время пребывания в доме Уолсингема он заметил на столе секретаря бумаги и в одной из них, написанной почерком Уолсингема, к своему ужасу, прочитал собственное имя.

Это положило конец его спокойствию. Извинившись, он покинул собравшихся и поспешил домой в Барбикан; там он поручил одному из своих слуг, которому доверял, предупредить остальных заговорщиков, а затем ринулся в лес святого Иоанна.

В гуще леса он отыскал хижину и провел в ней остаток ночи. Утром слуга принес ему еду и сок грецких орехов. Бабингтон натер этим соком кожу, отчего она потемнела, и приказал слуге состричь ему волосы. Затем он обменялся одеждой со слугой и отправил его обратно в Барбикан.