Книга Королева Шотландии в плену, страница 203 – Виктория Холт

Она представила, что у нее есть четыре маленькие подружки и всех их зовут Бесси. Она должна придумать им прозвища, как королева назвала своих Мэри. «Сетон, Битон, Ливи и Флем…» — прошептала она про себя. И представила себя их предводительницей. Они плыли на большом корабле во Францию, а когда прибыли туда, все были очень рады видеть их.

Вдруг она заметила группу всадников, направлявшихся к замку. Она пристально вгляделась: должно быть, они очень промокли. Следует ли ей пойти и сказать Элеоноре или какой-нибудь другой горничной, что к ним приближаются посетители?

Вдруг ее охватила паника. Что, если среди путников едет бабушка Бесс? Она замерла, наблюдая, и простояла так целых десять минут. К тому времени ее опасения подтвердились. Это действительно была бабушка Бесс. Передышка закончилась.

Бесси вспомнила о невыполненных заданиях. Она не сделала упражнения по латыни. Как хорошо, что королева помогла ей с вышиванием. Но что, если бабушка Бесс немедленно призовет ее к себе и потребует показать сделанные задания?

На глаза Бесси навернулись слезы. У бабушки была тяжелая рука, и хотя она говорила, что ей было больнее наказывать Бесси, чем внучке переносить удары, но в это было трудно поверить.

Секретарь, должно быть, услышал звуки приближения всадников, так как, обернувшись, она обнаружила, что он стоит у нее за спиной. Он сказал:

— Ха, значит, графиня возвращается со своими друзьями. Все станет теперь не так, как прежде, моя маленькая Бесси?

Он произнес ее имя так, как будто на конце было много «и» вместо одного. Бесси нравилось, как это прозвучало, но сейчас это не могло успокоить ее. Он заметил слезы у нее на глазах и спросил:

— Малышка, почему ты плачешь?

Из-за того, что голос у него был мягким, слезы полились еще сильнее. Он взял ее на руки и посадил к себе на колени.

— Давай рассказывай забавному французу, — предложил он, вытирая ей слезы.

И Бесси рассказала.

— Для этого надо много часов… а я не сделала ни одного упражнения…

Он внимательно выслушал, потом сделал глубокомысленный вид. Бесси уставилась на его лицо, замечая, какими темными были его глаза и кожа, а ресницы и брови — густыми и черными.

Вдруг он хлопнул в ладоши и произнес:

— Придумал.

— Да… да? — нетерпеливо воскликнула она.

— Иди и принеси упражнения мне.

Бесси соскочила на пол и пошла к маленькому столику в углу, который принадлежал теперь ей, как сказала королева, и, открыв ящик, достала упражнения.

Француз склонил голову набок; он засмеялся, обнажив очень белые зубы, и выглядел настолько забавным, что Бесси тоже засмеялась, продолжая изредка всхлипывать.

— Мы совершим чудо, — сказал он и, взяв ручку, мигом сделал упражнения, как будто ему совсем не пришлось задумываться.

Бесси с изумлением смотрела на него.

— Все правильно? — спросила она.

— Сама твоя бабушка не смогла бы сделать лучше.

— Дайте мне посмотреть.

Все выглядело правильным, хотя она и не могла быть уверенной; но, по крайней мере, бабушка не побьет ее за безделье.

— Послушай, — сказал француз. — Сейчас они подъезжают.

Перепиши свое упражнение, а когда бабушка попросит показать, ты не должна говорить, кто помог тебе.

Бесси выразительно покачала головой.

— А вы можете всегда делать так? — спросила она.

Он щелкнул пальцами.