Книга Подарок судьбы, страница 30 – Джо Беверли

Ей не хотелось признаваться, но все равно об этом все знали.

— До этого я в течение трех лет была помощницей графа.

— Помощницей? – переспросил Кон, и по выражению его лица она поняла, что он подумал худшее.

— Да, была своего рода секретарем: переписывала старые манускрипты, проводила кое-какую исследовательскую работу и даже обнаружила источники некоторых нужных ему ингредиентов.

— Ну и дела! Так тебе все еще очень хотелось стать графиней?

— Я была его секретарем! Мне очень нужна была работа.

— Тебя вышвырнули из поместья?

— Конечно, нет. Но я предпочитаю жить не за счет благотворительности.

— Никакой другой работы для тебя не нашлось?

— Для такой, как я, нет. Мисс Карслейк едва ли можно было нанять на черную работу, а на более респектабельную дочь контрабандиста и шлюхи не годилась. Граф предложил мне должность секретаря, и я согласилась.

— Он предложил также должность управляющего твоему брату. Почему?

— Думаю, это подсказал ему мой отец.

— И граф согласился сделать это по указке Мела Клиста? – удивился Кон, усмехнувшись.

— У них была договоренность, – она помедлила. – Это касалось контрабанды.

— Можешь передать нынешнему капитану Дрейку – надеюсь, тебе известно, кто он такой, – что больше никакой договоренности не будет.

Взгляд Кона говорил, что настроен он очень серьезно. Но тут, словно весенний ветерок, ворвавшийся в затхлый воздух помещения, появился секретарь Кона – легкий, гибкий, светловолосый, с ангельской внешностью, но, судя по всему, совсем не ангел.

Мысли Сьюзен были так далеко отсюда, что она даже не сразу вспомнила его имя.

Губы секретаря тронула улыбка – задумчивая понимающая улыбка, – и он подсказал:

— Я Рейском де Вер, мэм. Для друзей просто Рейс.

Она сделала книксен и вдруг подумала, что еще ни разу не приседала перед Коном, а тот одарил ее самой очаровательной из своих улыбок, но улыбка эта вызвала у нее лишь раздражение. Секретарю же Сьюзен была благодарна за то, что прервал их разговор.

— Что означает столь напряженная атмосфера? – спросил де Вер.

— Колдовство и злоба в равных долях, – ответил Кон. – Здесь было логово графа. Он совершенно спятил и умер оттого, что выпил своего зелья, которое, как он надеялся, должно было обеспечить ему вечную жизнь.

— И что, теперь его призрак появляется в доме? – явно заинтересовался Рейском.

Кон вопросительно посмотрел на Сьюзен, и она ответила:

— Пока никто этого не замечал. Как ни странно, в замке нет привидений.

— Это потому, что в камере пыток жертвы изготовлены из воска.

— Камера пыток? – воскликнул секретарь с загоревшимися глазами. – Кон, умоляю тебя, дружище, идем туда немедленно!

— Если хочешь, чтобы тебя вздернули на дыбе, мы это сделаем, но позднее. – Кон взял его за локоть и решительно повел к двери. – А пока нас, кажется, ждет завтрак.

Уже в двери он оглянулся:

— После завтрака я намерен осмотреть весь дом, миссис Карслейк, а вы будете нас сопровождать. И потрудитесь передать своему брату, что я жду его с отчетом о делах в поместье.

Он не стал ждать ответа, да и что она могла ему сказать? Сьюзен поежилась от холода и обхватила себя руками. Даже когда ссорились, даже в присутствии посторонних они не забывали о том, что когда-то были близки, и вели себя так, как будто никого, кроме них, вокруг не было. Между ними только искры не летали, и его секретарь это почувствовал.