Книга Крылатый лев и лилия, страница 47 – Catelyn May

Веньер понимал, что ему лучше уйти, так и не обнаружив своего присутствия, чтобы не смутить медноволосую русалку, в которую за какой то месяц у моря превратилась его подопечная и прекратить наконец наваждение, что овладело им так пугающе легко. Но все еще совершенно преступным образом не мог отвести взгляд от кромки брега, где Виттория отряхивала от морской воды густую копну разметавшихся волос.

* * *

Он вернулся в крепость в полном молчании и глубокой задумчивости, вызвав недоумение коменданта. Тот рассчитывал увидеть сенатора в кампании сеньоры Беатрис и Виттории, но не стал задавать лишних вопросов, сегодня он и без того испытал на себе недовольство Веньера. Нужно приготовиться к тому, что суровый адмирал проверит и перевернет все крысиные углы во вверенном ему форте.

Марко решил что не будет прерывать отдых сестры и своей воспитанницы, посылая за ними, а подождет их в обеденном зале. В конце концов это был их последний день на здешнем берегу. Пусть они проведут его наслаждаясь приветливыми лучами солнца и шумом волн. Уже завтра он отвезет их обратно в Светлейшую, где ему предстоит выполнить важную и непростую миссию.

Скоро он получит возможность узнать правдивость своих версий и догадок. Скоро все станет на свои места. Но будет ли его жизнь прежней? Появится ли в ней простота и ясность? Исчезнет ли в душе то щемящее, трепетное и горячее чувство, вызванное юной сиреной, представшей перед ним сегодня среди лазури и солнца древнего иллирийского побережья.

Маленькое темное помещение на верхнем этаже захудалой таверны в самом дальнем закоулке венецианских улочек было лучшим местом для тайных встреч и переговоров. Марко еще раз возблагодарил давнюю традицию, позволяющую скрывать лица под масками от любопытных и ненужных взглядов. Так, в сумерках, можно было, накинув капюшон и полагаясь в случае непредвиденного нападения грабителей на свою верную руку и шпагу, вручить тайное послание, ускользнуть из дома милой прелестницы или назначить секретную встречу с нужным человеком.

Сенатор благополучно пересек Большой канал в наемной гондоле, простой темный плащ скрывал его высокую фигуру с головы до пят, придавая грозный и мрачный вид. Так что путь до назначенного места обошелся без лишних приключений.

Он нашел заплесневелую от сырости дверь и вошел внутрь, ощутив едкий запах чадящих светильников с дрянным маслом, десятка немытых тел и дешевого рома. Кто-то из полупьяных посетителей поднял на него замутненный взгляд. Но рука Марко, уверенно сжимавшая эфес шпаги, сразу же отбила у любопытных желание выяснять причину его появления здесь.

Веньер пружинисто пересек небольшую скрипучую лестницу, ведущую в убогие комнатки наверху и постучал в одну из них четыре раза с перерывом, как было условлено.

Из-за двери показалась фигура, также одетая в темный плащ и маску. Убедившись, что за ним нет слежки, Марко вошел в комнату и захлопнул за собой дверь.

Человек в маске сел за грубо сколоченный деревянный стол и не спеша разлил вино из кувшина в два высоких глиняных стакана.

— Напиток исключительно мерзкий. Мой куманек — почтенный отец Горанфло непременно назвал бы это ослиной мочой…Но здесь не подают ничего лучше, — проговорил он будто погружаясь в какие-то давние воспоминания.