Книга Подари мне сердце, страница 31 – Юлия Леонова

— Вы хорошо себя чувствуете, сударыня? – вкрадчиво спросил он.

— Прекрасно, Александр Иванович, - ответила Аня.

— Вы уверены? Ваша горничная сказала, что по утрам у Вас последнее время часто случаются недомогания.

Анна побледнела. Чашка задрожала в ее руке, и она поспешила поставить ее. Фарфор звякнул о фарфор. Горячий чай выплеснулся на белоснежную скатерть. Зотов выглядел спокойным, и только дернувшийся уголок рта выдал владевшую им ярость.

— Вы понесли, - утвердительно сказал он. - И я полагаю, что отец этого ублюдка - Воронцов.

Анна молчала, низко опустив голову.

— Посмотри мне в глаза! - почти прорычал граф.

Девушка в страхе вскинула голову. Вид ее супруга, пребывавшего в настоящем бешенстве, заставил ее сжаться от ужаса.

— Шлюха! – выплюнул он. - Я хотел начать жизнь с начала, попытаться наладить отношения с Вами, завязать со всеми дурными наклонностями, а что получил взамен?! Рогоносцем решила меня сделать!

Страх перешел в гнев и злость. Вскочив со стула, Анна размахнулась и влепила Зотову пощечину. На щеке графа отчетливо проступил отпечаток ее ладони.

— Вы изнасиловали меня! Лишили возможности на счастье с любимым человеком, и все из-за каких-то проклятых денег. А теперь упрекаете меня в неверности? Я Вас ненавижу, сударь! Вы - причина всех моих несчастий.

Схватив жену за плечи, Зотов встряхнул ее, как тряпичную куклу.

— Слушай меня! Я запру тебя в твоих покоях до тех пор, пока ты не родишь, а потом отдам этого ублюдка в деревню. Он будет расти как крепостной.

Граф усмехнулся, глядя в ее потрясенное лицо.

— А потом, когда это отродье вырастет, я сделаю его лакеем, или забрею лоб в солдаты. Ну, а если это будет девица, и она будет похожа на Вас, я тоже найду ей применение, - ухмыльнулся он.

— Вы не сделаете этого, - прошептала она, поднося ладонь к губам.

— Вы меня слишком плохо знаете, сударыня, - ответил он, смерив ее презрительным взглядом.

Зотов исполнил свою угрозу в точности. Анна оказалась взаперти. Маленькая комнатушка во флигеле стала ее тюрьмой. Горничная приносила ей все необходимое, пищу, воду, чтобы помыться. Она ни с кем больше не виделась. Муж ее к ней не заходил. Одиночество и страх за свою жизнь и жизнь не родившегося младенца сводили ее с ума. Страшно подумать, что чувствуют заключенные, пришла ей в голову неожиданная мысль. Она всего месяц лишена возможности свободно передвигаться по усадьбе, а уже готова сделать, что угодно лишь бы выбраться отсюда. Несколько раз она пыталась открыть окно, но гвозди вколоченные снаружи в оконные рамы делали это невозможным. Наступивший август выдался душным и влажным. Аня с ума сходила от духоты в своей комнате. С утра парило. Все словно замерло в ожидании грозы. Девушка с детства боялась этого грозного явления. К обеду потемнело. Свинцовые тучи заволокли небосклон. Поднявшийся ветер гнул ветки деревьев, порывами бросался в окно, отчего стекло, слегка дребезжало. Сначала отдаленные, раскаты грома становились все ближе и ближе. Сверкавшая то и дело молния озаряла вспышками мертвенно белого света сумрак комнаты. Вошла горничная, принеся ей, обед и зажженную свечу.

Аня не притронулась к пище. Господи. Да сколько это будет продолжаться? Сжималась она от каждого нового раската грома. От очередного громыхнувшего за окном всполоха, зазвенели стекла, Анна подскочила на месте. Мысль пришедшая ей в голову была безрассудна, но девушка не дав себе времени на размышления кинулась воплощать ее в жизнь. Выдвинув все ящики комода, она нашла то, что искала. В самом нижнем лежали ее бриджи для верховой езды и белая рубашка. Она была не слишком хорошей наездницей, но отчаянное положение требовало от нее решительных мер. Собрав все, что было ценное, пару колец, и ее обручальное в том числе, жемчужное ожерелье, бриллиантовые серьги, она завязала все это в узел и положила в карман мужского сюртука, который надевала, когда выезжала на прогулку верхом. Аня переоделась. Узкие бриджи с трудом сошлись на располневшей талии. Взяв в руки тяжелый серебряный канделябр, она ждала. Снова громыхнуло. Размахнувшись, что было сил, девушка ударила подсвечником по оконному стеклу. Послышался звон осколков, в комнату ворвался ураганный ветер вместе с косыми струями дождя. Еще не зная толком, куда она направится, Анна перелезла через подоконник и, пригнувшись, проскользнула под окнами в сторону конюшни. Пока она добежала по помещения, вода стекала с ее мокрых волос и одежды ручьями. Как и следовало ожидать, конюха в такую погоду в конюшне не было. Сняв со стены седло, она вошла в стойло к своей каурой. Кобылка тихонько заржала при виде хозяйки, ткнулась мордой в раскрытую ладонь.