Книга Подари мне сердце, страница 15 – Юлия Леонова

— Не дотрагивайтесь до меня, - прошипела она, - О, как, я Вас ненавижу! Вы мерзкое чудовище, и я скорее наложу на себя руки, чем выйду за Вас замуж!

— В следующий раз будет уже не так плохо, - усмехнулся он.

— Да я скорее умру, чем позволю Вам дотронуться до себя! - сквозь слезы ответила она.

— Не будьте такой наивной. У Вас нет другого выхода, - вздохнул Зотов, - Либо вы выйдете за меня, либо Вам остается только одна дорога - в монастырь. С этими словами он поднялся с кровати, собрал свою одежду и вышел, заперев дверь на ключ.

Понимая всю тщетность своих попыток найти в этой многолюдной пёстрой толпе Анну, Алексей все же на минуту не прекращал поисков. Он уже в который раз пожалел о том, что позволил уговорить себя сопровождать ее на этот маскарад, презрев все доводы рассудка. Смутное ощущение надвигающегося несчастья не покидало его. Сердце сжималось в предчувствии чего-то нехорошего. Он уже три часа кружил по парку, пытаясь найти Анну, но, пожалуй, пресловутую иголку в стогу сена найти было бы проще. Несколько раз ему казалось, что он слышит ее голос, но, увы, это было не так.

Ночь подходила к концу. Восточный край неба становился все светлее, возвещая о скором приближении нового дня. Фонари погасли. Уставшие от бурного веселья люди покидали место праздника. Воронцов был в отчаянии. Он так и не смог найти ее. Оставалось только молиться, чтобы Анна каким-нибудь чудесным образом оказалась дома.

Остаток ночи Алексей провел в карете под домом своей невесты, с трудом дожидаясь времени, позволительного для нанесения утренних визитов. В страшном волнении он постучал в парадную дверь дома Строгановых. Дворецкий впустил его в дом без лишних вопросов. По суете, царящей внутри, Воронцов понял, что его молитвы не были услышаны. Анны дома не было. Никита Александрович сам поведал ему об этом. Алексею ничего не оставалось, как только рассказать о том, что произошло накануне ночью. Барон Строганов не сказал ему ни слова, но взгляд, брошенный на него, был красноречивей всяких слов.

Терзаясь чувством вины, Воронцов отправился домой.

Наплакавшись до такого состояния, что просто не осталось сил на что-либо еще, Аня уснула. Проспала она не долго. Едва только первые солнечные лучи проникли в комнату, она открыла глаза. Ужасная реальность обрушилась на нее. Она чувствовала себя такой грязной, что хотелось немедленно вымыться. Ей казалось, что на ее теле видны следы от прикосновений насильника. Пошатываясь, она встала с кровати и завернулась в потрепанное шелковое покрывало. Глаза болели от пролитых слез, голова была тяжелой, словно ее наполнили свинцом. С трудом переставляя ноги, она добралась до кувшина с водой. Ее было слишком мало, чтобы привести себя в порядок. Девушкой овладело отчаяние. Она осмотрелась. Видно было, что некогда роскошные покои ныне находились в страшном запустении. Повсюду была грязь. Содрогнувшись, Анна налила в таз для умывания воды, оторвала от испорченной сорочки лоскут, и, обмакнув его в воду, принялась оттирать следы насилия на своем теле. Она услышала, как в дверном замке повернулся ключ. Резко обернувшись, она схватила отброшенное поначалу покрывало и плотно завернулась в него. На пороге стоял ее мучитель. Через руку Александра Ивановича было переброшено платье. Он внимательно посмотрел на нее. Некогда роскошные кудри висели спутанными прядями, на изящной скуле отчетливо проступил фиолетовый синяк, на нежных запястьях синели следы от его пальцев. Девушка выглядела подавленной и никак не походила на счастливую влюбленную. Зайдя в спальню, он бросил платье на кровать.