Книга От выстрела до выстрела, страница 70 – Юлия Чеснокова

— Так отчего же ты их не просишь?

— Я…

— Петя? — стала припоминать вслух старшая Вяземская. — Да, мой двоюродный племянник, сын моего кузена. Хороший, должно быть, человек. Брат писал мне недавно из Москвы, что он был у него в гостях и они с ним не сошлись во взглядах. А не сойтись взглядами с Дмитрием Аркадьевичем — это проявить здравомыслие!

Женщины засмеялись, и Оля позволила себе подхихикнуть. Выходит, Столыпины не такое уж простое и обедневшее семейство, если в ближайшем родстве у них Вяземские! Почему она упустила это? Потому что не интересовалась сильно Петей, а с Мишей они говорили совершенно о другом?

— Можешь не стесняться и не бояться, — заверила её императрица, — я даю тебе разрешение на этот брак и благословляю!

Оля не посмела ничего возразить и только кивнула. На помолвку ей пришлось согласиться по обстоятельствам, а теперь, получается, и от брака уже не отвертишься? Когда на него дала добро сама императрица!

Примечания:

[1] Оценки и данные по учёбе П. А. Столыпина приводятся согласно сохранившимся в ЦГИА СПб архивным документам

[2] Старший брат Ильича. Учился со Столыпиным в одно время и на одном факультете.

Борис Александрович, имея кое-какие дела в столице, решил приехать лично, выслав Петру вперёд телеграмму, что поговорят при встрече. Столыпин не заставил себя ждать и, стоило гофмейстеру прибыть, как он явился на разговор.

— И что же, в самом деле ты бросишь учёбу, если не получишь разрешения? — спросил Борис Александрович.

— Брошу.

— Беспокойная молодость! — покачал мужчина головой.

— Я понимаю, вы, наверное, думаете, что я совершаю необдуманные поступки, на эмоциях, из-за того, что слишком молод, и буду плохим мужем…

— La jeuness est un défaut duquei on se corrige chaque jour[1]. Я не думаю, что ты будешь плохим мужем, Петя, напротив. У тебя добрый, но упорный характер. Лично я давно уже одобрил ваш брак, ты знаешь.

— Вы не подумайте, что я уйду из университета и сяду дома, праздным помещиком, прогуливающим своё состояние и приданное жены. Я подыщу себе должность и сделаю карьеру.

Борис Александрович изобразил одобряющую гримасу:

— Ты не говоришь «попытаюсь», а сразу — сделаю!

— Не привык пытаться безрезультатно. Если браться за что-то, так достигать.

— И Оля, значит, дала тебе своё согласие?

— Ольга Борисовна оказала мне такую честь, — вытянулся невольно, сам гордясь этим, Петя. — Вы можете написать ей и спросить…

— Боже, неужели думаешь, что я не верю твоему слову? — гофмейстер покачал головой. — В тебе я не сомневаюсь, а вот дочь моя… бывает, что способна передумать. Однако, ей будет в грядущем году двадцать пять лет, и, как отец, я не хочу затягивать с её замужеством.

— Значит, вы согласны объявить о помолвке?

— Конечно! Устроим всё через неделю, пока я здесь.

— Благодарю вас, Борис Александрович! Вы подарили мне счастье!

— С тем умыслом, чтобы ты подарил его Оле, — улыбнулся мужчина.

Петя вышел окрылённым, не чувствующим земли. Прохожие казались красивее, воздух теплее, небо ярче. Год! Целый год прошёл с того момента, когда он посмел подумать о том, что Ольга может стать его женой. Сколько тревог и переживаний с тех пор терзало его сердце! Но всё не было напрасным, всё преодолевалось и шло к тому, к чему должно прийти. Боясь радоваться слишком сильно, чтобы не сглазить, Пётр остановился и посмотрел в ту сторону, где находилась Александро-Невская лавра.