Книга Путь служанки, страница 33 – Чжоу Мо

— Счастливая ты. – Вэй Инло легонько погладила по-детски пухлую щечку Цзисян, словно прикасаясь к самой себе из прошлого, где еще не было ни печалей, ни забот.

Уже стояла глубокая ночь, а она ворочалась с боку на бок. В конце концов, смирившись, что заснуть не получится, девушка уставилась в иссиня-черный потолок и принялась размышлять:

«Наконец-то я в мастерской вышивальщиц, но с чего же начать, чтобы узнать о сестрице…»

Эта мастерская была так далеко от Сына Неба, что у Вэй Инло нет и шанса увидеть его. Ее вышивка могла попасться ему на глаза, но что толку-то? Да и пришла она не для того, чтобы щеголять своим мастерством, а чтобы восстановить доброе имя сестрицы и отомстить за нее.

«Терпение. Со временем все получится,– сказала сама себе Вэй Инло. – Для начала нужно хорошенько всё выведать… Тут мне могут помочь либо те, кто долго работал во дворце, либо люди благородные, с высоким положением. Найти таких несложно, но нужно понять, как с ними познакомиться…»

Из опытных дворцовых слуг идеально подходила тетушка Фан. А что же до людей со статусом… Перед глазами Вэй Инло всплыло запястье, обмотанное жадеитовыми четками.

БАМ! Благородная супруга Хуэй махнула рукой с обмотанными вокруг запястья яшмовыми четками вправо, и ваза из белой глазури с изображением восьми бессмертных^[40] упала на пол. Произведение искусства, над которым трудились три года, в один миг превратилось в осколки.

Свидетелем этой сцены стала младшая супруга Цзя. Несколько осколков отлетели к ее ногам, она с криком отскочила и слегка испуганно спросила:

— Госпожа, все же хорошо, отчего вы так разгневались?

Внутреннее убранство дворца Чусю поражало своим великолепием и роскошью, особенно выделялась полка с древностями. На ней хранились драгоценности из золота, серебра и яшмы, старинные вещи и самые редкие ценности: яшмовая подушка для сна, на которой предавалась грезам сама Си Ши; пипа, на которой играла Ван Чжаоцзюнь, тоскуя по родине; жемчужные серьги Дяочань, своим сиянием напоминавшие лунный свет; расписное блюдо, которое Ян Юйхуань^[41] наполняла свежими сочными личи. Сейчас все эти сокровища были без малейшего снисхождения сметены на пол. Задыхаясь от гнева, Хуэй закричала:

— Не твоего ума дело! Вон! Убирайся подальше отсюда!

Младшая супруга Цзя вышла из зала и обратилась к служанке:

— Да что же, в конце концов, такое случилось?

— Вы, наверное, не знаете. Когда моя госпожа вернулась, всё было хорошо. Кто же мог подумать, что император пожалует ей картину «Госпожа Бань отказывает государю». Стоило моей госпоже ее увидеть, как она стала метать громы и молнии.

Младшая супруга Цзя задумалась на минуту, потом снова вошла и с улыбкой сказала:

— Госпожа, слышала, император подарил вам картину «Госпожа Бань отказывает государю». Поздравляю вас!

— С чем тут поздравлять? – взорвалась благородная супруга Хуэй, лицо ее, казалось, посинело от злости. – Ханьский Чэнди^[42] позвал свою наложницу, госпожу Бань, прокатиться в его повозке, но та отказалась, мол, это неподобающе, и потому прослыла добродетельной наложницей. Его величество мне прямо намекает, какими качествами должна обладать хорошая супруга!

— Госпожа, вы ошибаетесь, – вмешалась младшая супруга Цзя.