Книга Путь служанки, страница 11 – Чжоу Мо

Цзисян испугалась и бросилась в ноги девушке:

— Простите, простите, я сейчас же помогу вам…

Хлесть!

От пощечины Цзисян упала, облившись грязной водой, словно жалкая бродячая собака.

— Вот бесстыжая дрянь! Эту ткань для меня на заказ привезли из Цзяннани, а ты испортила ее! Как мне теперь предстать перед императором?!

— Простите, простите меня, ничтожную! Я правда не нарочно, – подползла с плачем к ее ногам Цзисян, в панике пытаясь нащупать у себя чистый носовой платок.

— Сейчас я всё исправлю, сейчас всё-всё вам почищу…

— Прочь! – Девушка с отвращением пнула Цзисян в лицо, причем так яростно, словно перед ней крутилась вшивая блохастая дворняга. От удара Цзисян закричала от боли, но подползла к красавице опять, несмотря на то что из носа у девочки шла кровь. Цзисян низко поклонилась.

— Простите, простите меня…

— Эй ты! – Девушка обратилась к старшей служанке. – Скажи-ка, должна ли я простить ее?

Новенькие девушки были знакомы между собой недолго, но за младшую переживали искренне, и жестокое зрелище заставило их нахмуриться. Сами сказать они так ничего и не решились, лишь молчали как рыбы, боясь, что сейчас влетит и им. Но после слов молодой барышни все с надеждой посмотрели на старшую служанку, рассчитывая, что та вступится за бедняжку Цзисян. Но Вэй Инло знала, что этому не бывать.

Старшая служанка – человек с большим опытом в дворцовых делах, разве могла она ради одной ничтожной служанки обидеть девушку, которая в будущем может стать императорской наложницей?

Как и следовало ожидать, старшая заискивающе улыбнулась:

— Юная госпожа Уя, эти девчонки только-только во дворце оказались, они глупы как свиньи. Вы можете ругать и бить их! Только не сердитесь, это вредно для здоровья!

Разочарование отразилось на лицах молодых служанок. Глаза засверкали гневом, девушки еще сильнее поджали губы, но вывод они сделали правильный. Если их наставница не смела спорить, то они и подавно не будут нарываться. Помочь Цзисян могла лишь такая же барышня, как и сама юная госпожа Уя.

— Сестрица Уя, – раздался робкий голосок. – Она же ненароком, ты прости ее.

Неужели кто-то из них и вправду решил замолвить слово за Цзисян?

Вэй Инло украдкой взглянула на обладательницу робкого голоса. Ее словно ослепил яркий свет, казалось, что распустился прекрасный белоснежный лотос, в воздухе будто бы повеяло нежным ароматом.

Девушка была одета во всё белое. Своей невероятной красотой она затмевала всех остальных. Особенно заметна была ее нарочитая хрупкость, словно у красавицы Си Ши^[21], которую терзали сердечные боли. Любой влюбился бы, только раз увидев ее.

Но все же это был гарем, а женщины, которые могут искренне восхищаться красотой других женщин, – редкое явление, и Уя Циндай к их числу не относилась.

— Лу Ваньвань, помолчи! – злобно сверкнула она глазами, повернувшись. – Тебя спросить забыла!

Девушка в белом вся сжалась, замерев от испуга. Ее подруга, красавица со строгим лицом, потянула ее за рукав и зашептала на ухо:

— Ну что же ты, разве стоит из-за какой-то несмышленой служанки злить сестрицу Уя?

Лу Ваньвань открыла было рот, но быстро проглотила слова, которые собиралась сказать.

— Раз уж защищаешь, то защищай до конца, а иначе какой смысл? – понизив голос, сказала Цзиньсю.