Книга Хозяйка дворца, страница 143 – Чжоу Мо

— Ты уже забрал мою должность, чего ты еще хочешь?

Под предлогом ненадлежащего исполнения обязанностей императрица-преемница сняла У Шулая с должности и передала его пост Юань Чуньвану.

Некоторые должности легко потерять, но трудно вернуть. У Шулай был удручен, как попавшая в немилость наложница, целыми днями заливал горе вином, а порой бурчал что-то, давая волю обиде.

Но он никак не ожидал, закрывая глаза, что, когда их откроет, окажется здесь, привязанный к стулу.

— Вот что я тебе скажу: не заходи слишком далеко, – сказал У Шулай резко. – Хоть сейчас я и потерял должность, но меня выдвинула сама вдовствующая императрица, а ты… А-а-а!

Короткий кинжал вонзился ему в бедро, и кровь хлынула фонтаном.

Отпустив рукоятку, Чуньван достал платок и тщательно вытер руки.

— Так, значит, ты человек вдовствующей императрицы, – с усмешкой сказал он. – Тогда мне уж точно придется с тобой разделаться, пока ты не побежал ей жаловаться…

Договорив, он вытащил лезвие – кровь полилась рекой, У Шулай застонал от боли и поспешно заговорил:

— Стой, стой! Пощади меня, а я открою тебе секрет!

— Секрет? Не думаю, что найдется секрет, которого хватит, чтобы выкупить твою жизнь.

— Еще как найдется! У меня есть предсмертное письмо госпожи Вэньшу!

— Госпожа Вэньшу? – Юань Чуньван вздернул брови. – Это еще кто?

— Кормилица императора! – выкрикнул У Шулай, задыхаясь. – Когда-то я был младшим евнухом в зале Аньлэ и ухаживал за госпожой Вэньшу перед ее смертью. Я хранил это письмо десять лет в надежде, что однажды оно поможет мне сохранить жизнь, но теперь готов отдать его тебе и посвятить тебя в величайшую тайну! Только отпусти меня!

Юань Чуньван улыбнулся.

— Все будет зависеть от того, насколько ценными окажутся твои сведения…

Порой письмо может решить судьбу человека.

А иногда судьбу может решить чашка лекарственного отвара.

После известных событий дворец Яньси превратился в опальный чертог, в нем остались только самые преданные соратники Вэй Инло.

Вошла Минъюй:

— Пора есть.

В доме были только Вэй Инло, Чуаньцзы и Чжэньчжу. От глаз бывшего воришки мало что могло ускользнуть, так что он тут же остановил взгляд на лице служанки.

— Сестрица Минъюй, твое лицо…

Старшая служанка была так густо напудрена, что крупинки пудры падали с ее лица при каждом шаге – казалось, деревенская девица, впервые увидевшая косметику, решила прихорошиться да высыпала на себя сразу целую банку порошка.

— Сегодня в малой кухне не разжигали очаг, так я взяла все в Императорской чайной лавке. – Минъюй расставила еду перед Вэй Инло. – В этом сезоне особенно хороши корни лотоса и портулак. А вот эти пирожки из пшена, жду не дождусь, когда ты их попробуешь.

Вэй Инло не отрываясь глядела ей в лицо.

— Сядь, поешь со мной.

Минъюй до смерти боялась, что подруга обо всем догадается, а потому поспешила отказаться:

— Нас хоть и мало осталось, но не стоит нарушать правила, я пойду поем с остальными.

Она поспешно вышла, а супруга Лин осталась неподвижно сидеть, рассеянно глядя на еду.

Вечером к ней тихонько пробрался Чуаньцзы:

— Госпожа, я все выяснил.

Ужин на столе так и остался нетронутым. Сказать по правде, нетронутым было и то, что подавали на завтрак и обед, – от переживаний у Вэй Инло пропал аппетит.

— Говори.