Книга Настоящее сокровище Вандербильтов, страница 88 – Кристи Вудсон Харви

— Он улетел, – рассмеялась я. – В то утро, когда ты приходил, у нас с ним был прощальный завтрак. Я вообще-то думала, что мы с тобой больше не встретимся.

— Коннер Говард не пасует перед трудностями, – фыркнул он и улыбнулся.

— Ой, только, пожалуйста, не говори о себе в третьем лице. А то меня аж в дрожь бросает. Жуть.

— Будет исполнено, – кивнул он.

Я чувствовала, что мы оба теперь нервничаем меньше.

— Как прошло твое путешествие?

— Нормально, – пожал плечами Коннер. – Интересно. Но не так увлекательно, как с тобой, – нерешительно добавил он.

И я наконец-то расслабилась. Динамика наших прежних отношений была восстановлена.

— У меня тоже. – Немного поразмыслив, я спросила: – Постой. А как ты узнал, что я здесь?

— Мои родители перед отлетом домой провели здесь два дня, – с улыбкой объяснил Коннер. – Мама потом взахлеб рассказывала о некой инструкторше по сап-йоге. Говорила, что она очень симпатичная и планирует окончить архитектурный институт. – Он с деланым недоумением поднял брови.

Я рассмеялась, вспомнив миниатюрную женщину, поразившую меня своим умением сохранять равновесие.

— Так это была твоя мама?

— Она самая. Ты действительно намерена закончить учебу?

— Обожаю делиться своими планами с незнакомыми людьми. Но вообще-то да, я подумываю об этом.

Коннер горделиво улыбнулся.

— Так вот, я решил рискнуть. Прикинул, что, может быть, это все-таки ты, что, может быть, ты не вернулась к своему жениху, что, может быть – а вдруг? – ты все еще здесь.

— Рисковый ты парень, – кивнула я.

— Ради тебя стоило рискнуть, – сказал Коннер, глядя мне в глаза, и помолчав, предложил: – Слушай, а пойдем устроим премьерный завтрак?

— Премьерный завтрак?

— Ну да, в противоположность вашему с Хейзом, прощальному.

— Никак не могу, – рассмеялась я. – У меня сейчас индивидуальное занятие.

— Так это со мной, – ткнул он себя в грудь. – Со мной у тебя индивидуальное занятие.

Я улыбнулась. Надеялась, что это Коннер меня ангажировал.

— Тогда пойдем заниматься.

— Вообще-то, я правда хотел бы позавтракать, если не возражаешь.

Я нагнулась, не без труда подняла паддлборд и взяла его под мышку.

— Не могу же я просто смыться с работы. Бери доску, якорь – и за мной!

Трав наблюдал за нами с веселым любопытством.

Я стала грести, отплывая подальше от берега, туда, где достаточно глубоко и Коннер не ударится о дно, если упадет в воду, – а он, разумеется, упадет, это неизбежно.

Я оглянулась: Коннер плыл за мной, но не очень уверенно. Улыбнувшись, я бросила якорь и жестом велела ему подплыть и остановиться рядом со мной. Он врезался своей доской в мою.

— Коннер, это слишком близко, так мы не сможем заниматься йогой, – сказала я со смехом, видя, что он бросил якорь.

— Неужели? – спросил он с невинным видом.

Развернувшись на доске ко мне лицом, свободной рукой он провел по моей щеке, потом робко обнял за талию, и меня внезапно охватил сладостный трепет. Я придвинулась к нему ближе и, держа в одной руке весло, другой обвила за его шею. В ту же секунду моя доска накренилась, и мы оба, потеряв равновесие, бухнулись в холодную воду.

— Ты же вроде профессионал, – рассмеялся Коннер, вынырнув на поверхность. Наши весла качались на волнах. Я подплыла к Коннеру, обняла его обеими руками и поцеловала. Он убрал с моего лба мокрые волосы и еще раз меня поцеловал.