Книга Любовь великих. Истории знаменитых пар, страница 102 – Наталья Ярошенко

Возможно, мы найдем разгадку судьбы героев рассказов в словах писателя о себе: «Каждый раз, когда я переживал любовную катастрофу — а их, этих любовных катастроф, было немало в моей жизни, вернее почти каждая моя любовь была катастрофой, — я был близок к самоубийству».

Крушением юношеских идеалов закончилась для молодого Бунина его первая любовь к Варваре Пащенко. С этой серьезной, начитанной девушкой он познакомился в редакции провинциальной газеты «Орловский вестник».

В письме к своему брату Юлию Бунин не мог сдержать восторга от своих чувств к невесте: «Я еще никогда так разумно и благородно не любил. Все мое чувство состоит из поэзии».

Варвара тоже отправляла своим знакомым письма, в которых делилась девичьими переживаниями. «Он мне толкует о моей неразвитости, — говорила она о женихе, — я знаю это сама — но к чему же принимать такой холодный, обидный, саркастический тон?! Он говорит беспрестанно, что я принадлежу к пошлой среде, что у меня укоренились и дурные вкусы, и привычки — и это все правда, но опять странно требовать, чтобы я их отбросила, как старые перчатки. Как мне это все тяжело!»

Несмотря на разногласия, между молодыми людьми существовало сильное чувство, и Варвара, вопреки моральному кодексу для девиц того времени, даже пошла на совместное проживание с Иваном. Сложный характер молодого человека и почти нищенское существование на мизерные доходы корреспондента вскоре охладили пылкие чувства девушки, и Варвара ушла от Бунина к его другу, богатому помещику Арсению Бибикову, оставив записку: «Уезжаю, Ваня, не поминай меня лихом».

Бунина так потрясла эта вероломная измена, что он хотел покончить жизнь самоубийством. В порыве отчаяния он написал печальные строки:

Если б только можно было

Одного себя любить,

Если б прошлое забыть, —

Все, что ты уже забыла,

Не смущал бы, не страшил

Вечный сумрак вечной ночи:

Утомившиеся очи

Я бы с радостью закрыл!

Следующая его влюбленность в блистательную женщину греческого происхождения Анну Цакни закончилась браком. Когда он впервые увидел словно сошедшую с древнегреческой фрески восточную красавицу, то, по его выражению, испытал солнечный удар. Немаловажным был и тот факт, что отец восхитительной барышни являлся влиятельным издателем.

Полтора года Бунин наслаждался красотой своей избранницы и возможностями ее отца, но постепенно пелена влюбленности стала спадать с глаз и писателя начали раздражать холодность и безразличие жены. «Мне самому трогательно вспоминать, сколько раз и как чертовски хорошо я раскрывал ей душу, полную самой хорошей нежности, — ничего не чувствует — это осиновый кол какой-то… — так описывает Бунин свои печальные мысли о семейной жизни в письме к брату. — Но главное — она беременна, уже месяц».

Солнечный удар оказался ярким, но кратковременным событием, после него осталось болезненное отрезвление и нежеланная беременная жена. Бунин терзался в поисках выхода из тяготивших его отношений, но вдруг произошло нечто неожиданное: Анна сама ушла от него. Вместо радости от чудом наступившей свободы у писателя развился комплекс неполноценности, и за этим последовала депрессия.

Вера Николаевна Муромцева не была похожа ни на одну из предыдущих женщин Бунина. Она всегда была рядом и незаметно исполняла роль идеальной жены писателя. Казалось, что с ней возможно полностью расслабиться и направить все свои силы на любимую литературу.