Книга Пойма. Курск в преддверии нашествия, страница 134 – Екатерина Блынская

— Как? Там? – подняла голову вверх глава. – Совсем там? То есть наши подозрения… беспочвенны… а как-же… а, я поняла! Извините… поняла…

И раскрасневшись, обескураженная глава пошла дальше.

Никита посмотрел ей вслед:

— Старая дура… Посмотрим теперь, что вы скажете.

Накануне взрыва в библиотеке Щекино Вершина сделал открытие. Ему непременно понадобилось починить качели на детской площадке, которая своими уродливыми конструкциями больно терзала его зрение. Дорога из райцентра, не чиненная более тридцати лет, разрасталась ямами, и проходила по богатейшей и старейшей Базарной улице. Справа стояли дома, а слева, в глубине сада школа, сельсовет, детсад и библиотечное здание, то есть бывшая церковная сторожка, которую построили в начале XIX века, чтобы перенести туда иконы и утварь из деревянной церкви, которую собрались перестроить в каменную. Двадцать лет строили храм и в нынешней библиотеке и отпевали, и крестили, и венчали, и проводили службы. Место же церкви сейчас пустовало. Она простояла сто пятьдесят лет, пока её не взорвали, и с колокольни, сине-белой, нарядной, сорокаметровой, был виден город, который находился за полсотню километров. Немцы любили сажать снайперов на колокольню. И сейчас, в это наше время, было неизвестно, кто бы на неё ещё залез, будь она тут.

Теперь на месте взорванного храма рос яблоневый сад, а на том месте, где было первое кладбище, детская площадка.

Вершина, выходя на белокаменное крыльцо сторожки-часовни-библиотеки, часто смотрел на то место, где стоял храм, представляя, как тут было красиво раньше.

Даже магазины сохранились на участке старой улицы вдоль дороги, старинные домики с угловыми входами.

А вот храм был разобран и растаскан.

В конюшне князя Барятинского давно уже сделали зернохранилище, а теперь и оно стояло заброшенным, потому что местные магнаты стали выращивать кукурузу, чтоб кормить своих свиней.

Область перестроилась на свиноводство из-за того, что владело теперь этой землёй одно знатное семейство со своими интересами.

Итак, поправляя, вернее, вкапывая столб качелей поглубже, Вершина наткнулся на что-то твердое.

Он раскопал посильнее, углубился в густо проросшую корнями землю и обомлел.

Прямоугольный небольшой камень с резьбой и странными знаками не мог быть надгробием. Здесь совершено точно был фундамент храма. Не было тут никогда кладбища. Но что это за камень?

Вершина прыгнул на веломашину и поехал в район.

Ему не терпелось рассказать новость о величайшем открытии. Он почти вбежал в здание администрации.

Охрана хотела было спросить у него пропуск, но, увидав, что это снова безумный библиотекарь, решили, что ничего плохого он не сделает. Вершина, перепрыгивая ступеньки, поднялся к главе Дербенёвой… Та сидела за столом и разглядывала новый маникюр.

— Кто? А! Ты! Что случилось? Сгорела твоя библиотека? Наконец?

— Не дождетесь!

— Тогда почему такая спешка?

— У меня… я нашел… камень, закладной камень нашел, вот!

— Что такое «закладной камень»!

— Под детской площадкой!

— Ну? И дальше что?

Вершина отступил к двери, как перед ужасом во плоти.

— Ну, как же! Это событие для всего района! Находка века!

— Напиши очерк в газету. Только лояльный очерк, без говна, а то оно из всех вас так и брызгает!

Вершина хрустнул шеей.