Онлайн книга «Анчутка»
|
— Я пришла не для того, чтобы получить от тебя награду… — разомлела в его объятиях, не смея даже поверить происходящему. — Оставайся и будь в моих владениях владычицей… — его ладони скользили по женскому стану, комкая под собой мятель. — Как можно?.. — задыхалась от мужской пылкости, уже давно не чая ощутить её вновь. — Как можно, чтоб знатный муж взял к себе настолько безобразную жену… — Ты в моем сердце всегда будешь прежней, — успокаивал ту, растянув шнурок на тонкой шее. — Что подумают другие? — просто таяла от его нежных поцелуев и шептала сквозь них, боясь, что сейчас наступить пробуждение от сладостного сна. — Я столь безобразна… я буду противна тебе… — А я потушу все свечи… но лишь, чтоб не смущалась ты… С хрупких плеч соскользнул мятель. — Я опозорю тебя… — попыталась удержать сильные, но такие нежные в этот момент руки, стремящиеся снять и её рубахи. — Никто не посмеет слова сказать. Я наряжу тебя подобно византийским царицам, обвешу тебя, — накрыл её грудь, не тронутую огнём, но изувеченную шрамом от колотой раны, своей широкой ладонью, — золотыми ожерелками, а усерязи и подвески с каменьями своим блеском ослепят всех. — Но при солнечном свете явь не скрыть? — ухмыльнулась, подхватываемая крепкими руками. — Я прикажу Ярилу померкнуть перед тобой, — прошептал Олег уложив Зиму на своё ложе. Он завис над любимой женщиной, словно не веря, что обрёл её, и накрыл её губы своими. Тихи и робки были их ласки, словно эти двое впервые встретились. С трепетом дарили друг другу утешение, развевая свою многолетнюю тоску в разлуке. И потом, не выпуская друг друга из объятий, погружаясь в сладостный сон долго разговаривали, вспоминая прошлые события. — Ты простила меня, Евгеша? — пробурчал в её макушку, вдыхая запах растрёпанных, пахнущих травами волос и, как казалось до недавнего времени, такой недосягаемый. — Я никогда не злилась на тебя, — её пальцы щекотливо накручивали колечки на мужской груди. — Я тогда так напился, что не помнил себя… Я после и капли не брал в рот. Ей-богу клянусь! — Как же?! — тихо усмехнулась, заглянув в его лицо и, взяв своими ладонями его щёки, посмотрела в глаза, которыми Олег от неуютности забегал по сторонам, по своему нраву не умея достоверно врать ей. — Я только медовуху пил, — оправдывающе зачастил словами. — И то не больше одного кувшина в день, а говея даже квасу не пил, всё равно после него да на полбе лишь пучило… Поцелуй Евгении остановил его неумелые отговорки отложив неспешную беседу на некоторое время. Да и куда им теперь спешить, когда у них ещё столько времени, чтобы всё поведать, всё сказать. У них ещё столько ночей впереди, чтоб успеть насладиться друг другом. Свечи догорели… — Неждана говорила, что лично видела, как крамольники убили тебя… — винился перед Евгенией, что не искал её. — Но тела были настолько обгоревшими, что не были различимы лица — я в каждой погибшей видел тебя… Если бы я тогда не смалодушничал, ничего бы не случилось… — лишь крепче объял тонкий стан жены, которая, сладостно отдавшись своим душевным стремлениям, утопала в этой неге. — Не кори себя, свет очей моих. Здесь нет твоего греха. Ты не виноват — меня сгубила глупая доверчивость и самонадеянность… * * * Курск. Девять лет назад. Поспешно прихорошившись перед зеркалом, уже успев снять все свои украшения перед сном, и кокетливо улыбнувшись отражению в желтеющей стеклянной глади, женщина выбежала из своей одрицкой в сени навстречу к боярину Олегу, который еле держался на ногах. |