Книга Милинери, страница 94 – Елена Чумакова

За китайской ширмой крепко спал Петя, ему не мешали ни дождь, ни свет. Софья стала прикидывать предстоящие расходы: аренда, ремонт, мебель, оборудование, ткани, фурнитура, вывеска — сумма получалась внушительная, гораздо больше той, что удалось скопить. Если продолжать копить, то открытие салона отодвигалось на несколько лет. А ведь ей уже тридцать пять! Что же делать? Рискнуть и взять ссуду в банке? Страшно, но, похоже, иного выхода нет.

Спустя пару недель в помещении кипела работа, пахло краской, свежими сосновыми стружками. Постепенно будущее ателье приобретало уютный вид. С улицы, вместо старой неприметной двери, привлекала внимание новая, со стеклянным витражом и начищенной медной ручкой. Около нее, в качестве талисмана, поселился кустик самшита в глиняном горшке. Внутри новенькая полукруглая деревянная стойка отгораживала рабочее место от торгового зала. Софья не стала прятать мастерскую от глаз заказчиц, ведь это так интересно — наблюдать за процессом создания шляпок. Почти все было готово к открытию, оставались мелочи.

Взобравшись на стремянку, Софья крепила к карнизу легкую тюлевую штору. Мсье Эспозито вызвался ей помогать. Он частенько заходил, проведывал, как идет ремонт. Внезапно карниз выскользнул из крепления и ударил бы Соню по голове, если бы Витторио не подхватил его. Она оказалась прижатой к стеклу, ощутила шеей его дыхание, мужской запах, совсем близко увидела сильную руку с длинными нервными пальцами. Кровь застучала в висках, закружилась голова. Софья выскользнула из-под его руки, опустилась в кресло. Ее спаситель тут же оказался рядом.

— Что с вами? Испугались?

Она прижала ладони к порозовевшим щекам.

— Да.

— Не бойтесь, когда я рядом, с вами ничего плохого случиться не может, — он широко улыбнулся и подмигнул ей. — Надо же, я только что спас жизнь прелестной даме!

— Вы спасли жизнь своему арендатору. Благодарю, — шутливо, в тон ему, ответила Софья. Она уже справилась с волнением и, чтобы прекратить скользкий разговор, вновь взялась за работу.

На следующее утро она обнаружила на стойке пурпурную розу. В задумчивости крутила ее в руках. Как поступить? Принять, значит поощрить ухаживания. Зачем ей это? Хватит с нее боли от неудачных романов. Бог дал ей ребенка, одарил умением видеть и творить красоту, в этом ее судьба. Но и ссориться с тем, у кого арендуешь помещение, неумно. Надо как-то пресечь ухаживания, и при этом остаться в рамках дружеских отношений. Прихватив цветок, Софья отправилась в парикмахерскую.

Витторио сидел за конторкой, разбирая счета.

— Спасибо, роза великолепна, но у меня нет для нее достойной вазы. Я думаю, что ей будет лучше здесь!

Легким движением Соня опустила розу в кувшин с водой, стоявший на столе, и тут же ретировалась, не дожидаясь ответа.

Весь день Витторио не заглядывал в мастерскую. А на следующее утро Софья обнаружила на своем прилавке изящную коробочку, внутри которой лежало пирожное, украшенное розовым кремом и вишенкой. Она вдохнула аромат ванили и задумалась, как вернуть подарок, а когда придумала подходящую фразу, в коробочке осталось лишь несколько крошек… Так и повелось, периодически сластена находила в мастерской нарядные коробочки с разными вкусностями, устоять перед которыми не могла. Однажды обнаружила на своем рабочем столе розу в хрустальной вазе. Возвращать этот подарок после десятка съеденных пирожных было нелепо, она вынуждена была смириться и принять цветок. Вместе с подарками пришлось принимать и все более настойчивые ухаживания. Соне с трудом удавалось придавать отношениям характер дружеских, переводя опасные комплименты в шутку. Она давно дала бы отпор нежданному кавалеру, но на карту было поставлено слишком многое, она не могла допустить закрытия своего новорожденного ателье.