Книга Между строк и лжи. Часть I, страница 95 – Елизавета Горская

Но вот он медленно повернул голову, словно почувствовав на себе чей-то взгляд, и его глаза встретились с глазами Вивиан через весь зал. На мгновение время словно остановилось. Она увидела, как его янтарные глаза чуть сузились, в них мелькнуло узнавание, затем что-то еще — тень удивления, раздражения, или… беспокойства? — но тут же его лицо снова стало холодной, вежливой маской. Он едва заметно кивнул ей в знак приветствия и снова отвернулся к своему собеседнику, но Вивиан успела заметить, как напряглись мышцы на его скулах.

— Похоже, твоя персона вызывает у его светлости не меньшее волнение, чем у сенатора, — негромко прокомментировал Дэш, проследив за ее взглядом.

Вивиан промолчала, чувствуя, как сердце снова учащенно забилось. Встреча с Сент-Джоном была неизбежна, и она не знала, чего от нее ожидать.

Именно в этот момент к Сент-Джону и его невесте, мисс Кавендиш, стоявших в центре небольшой группы гостей, подошел еще один человек. Молодой мужчина, темноволосый, с резкими, почти угловатыми чертами лица и пронзительными голубыми глазами. Одет он был в строгий темный костюм, добротный, но без того лоска и безупречности, что отличали одежду Сент-Джона и других представителей высшего света. Он держался несколько обособленно, но с какой-то вызывающей уверенностью, и взгляд его был направлен прямо на Николаса.

— Это еще кто такой? — пробормотала Вивиан, отметив напряжение, мгновенно возникшее вокруг Сент-Джона при появлении незнакомца.

— А, это Уоррен Блэквуд, — поморщился Дэш. — Репортер из «Дейли Ньюс». Редкостный нахал и выскочка. Вечно сует свой нос куда не следует и считает себя гением журналистики. Терпеть его не могу. Интересно, что он здесь забыл? И почему так смотрит на Сент-Джона, словно хочет его испепелить взглядом?

Вивиан тоже заметила этот напряженный, почти враждебный взгляд, которым обменялись Сент-Джон и Блэквуд. Николас оставался внешне невозмутимым, но его губы сжались в тонкую линию, а в глазах появился холодный, жесткий блеск. Блэквуд же, напротив, криво усмехнулся и что-то сказал — Вивиан не расслышала слов, но судя по тому, как вспыхнула Женевьева и как резко сжалась челюсть Сент-Джона, слова эти были колкими и неприятными. Блэквуд, явно довольный произведенным эффектом, чуть заметно поклонился и отошел в сторону, растворившись в толпе.

— Странно… — прошептала Вивиан. — Кажется, эти двое терпеть друг друга не могут.

— Еще бы, — хмыкнул Дэш. — Конкуренты всегда недолюбливают друг друга. Хотя… здесь что-то большее, чем просто профессиональная ревность.

Он задумчиво посмотрел вслед Блэквуду, затем снова на Сент-Джона, который уже о чем-то любезно беседовал с подошедшим к нему сенатором Рэндольфом, но глаза его все еще оставались холодными и жесткими.

Вечер продолжался. Вивиан, стараясь выполнять поручение Грэма, подходила то к одной группе гостей, то к другой, записывая имена, детали туалетов, обрывки светских бесед. Дэш неотступно следовал за ней, время от времени отпуская едкие комментарии или спасая ее от слишком назойливых кавалеров. Они встретили Изабеллу Фэрфакс, которая тепло улыбнулась Вивиан и шепнула: «Держитесь, Вивиан. И будьте осторожны», — прежде чем ее увлек какой-то молодой человек. Не обошлось и без встречи с Дженной Моррис, которая, сверкнув своими карими глазами, не преминула заметить: