Онлайн книга «Елена Глинская. Власть и любовь. Книга 1»
|
Семен Федорович, более опытный в интригах, держался с надменной уверенностью, тогда как Иван Федорович, хоть и старался копировать брата, периодически выдавал свое истинное положение неосознанными жестами власти и превосходства. Их появление в питейном доме явно нарушило привычную атмосферу заведения, заставив даже самых закаленных завсегдатаев притихнуть и наблюдать за этими загадочными посетителями. — Видел, как все притихли? — с ухмылкой заметил Иван Федорович, оглядывая притихших посетителей. — Тише, — строго оборвал его Семен Федорович. — Не следует привлекать внимание, пусть думают, что мы лишь порядок наводим. — Легче сказать, чем сделать, с такой-то свитой! — Как раз наша свита и содействует тому, дабы остаться неузнанными, — спокойно возразил Семен Федорович. — Простые люди боятся силы, а страх делает разум слепым… Их охрана, прикидываясь блюстителями общественного порядка, рассредоточилась по всей корчме. Мощные плечистые молодцы в кафтанах с позументом, вооруженные до зубов, с надменным видом расхаживали между столами, якобы следя за порядком, а на самом деле зорко наблюдая за каждым, кто посмел бы бросить недобрый взгляд в сторону их господ. Пока стражники демонстрировали свою важность, оба Бельских проскользнули в пристройку. Занавеска колыхнулась, скрывая их от посторонних глаз, и в питейном доме воцарилась прежняя атмосфера разгулья; только настороженные взгляды охранников напоминали о недавнем появлении знатных гостей. «Палач» сжал кулаки. Бесполезно оставаться на месте — необходимо найти способ подслушать, о чем будут совещаться бояре в пристройке! Притворившись пьяным, шпион шатающейся походкой вышел из питейного дома, стараясь не привлекать внимания княжеской стражи. Удалось! На улице он с облегчением вздохнул и огляделся. Затем быстро обежал питейный дом с другой стороны, пытаясь определить, где может находиться пристройка. Наконец нашел ее, но — вот невезуха! — за сплошной стеной ни окна, ни трубы — все глухо. Прислонившись ухом к холодной стене, «палач» затаил дыхание и прислушался… Глава 19 Князья злобно совещались, Мед и вина не касались, Глинский в думе — как бельмо! Нужно выжить его вон! Надо планы составлять, Как его совсем убрать! За плотной занавеской, в свете свечей, пять князей, пять членов опекунского совета малолетнего государя, пять думных бояр, чьи имена окутаны интригами и властью, расположились за массивным, грубо сколоченным столом. На столе, покрытом ослепительно белой скатертью, стояли кувшины с вином и медом, но никто из вельмож почти не притронулся к напиткам. — Все ль в сборе? — голос князя Телепнева-Оболенского гулко прозвучал в полутемной комнате. — Почто, Иван Федорович, со всей своей ратью притащился? — с недобрым прищуром произнес Василий Шуйский. — Неужто не мог без охраны обойтись? И так, погляди, лица не признать в сем наряде! — А все ради встречи оной: мои ночи в Кремле под великим присмотром, сам хорошо ведаешь, вот и сказался хворым, — не остался в долгу Телепнев-Оболенский, зная, что этим намеком ранит Шуйского сильнее любого клинка. — А лекаря куда подевал, не прикончил ведь? — Остался гостевать в моем тереме, доколе не ворочусь — уж дюже заинтересовался моим собранием смертоносного оружия. |