Книга Код Шекспира, страница 75 – Джо Смит

— Просперо – сердце пьесы, – заметил Джулиан, погружённый в свои мысли. – Без него не будет магии.

— И Ариэль, – добавил Ричард, – его голос.

Вдруг мне пришла идея, настолько очевидная, что я удивилась, почему не подумала об этом раньше.

— Джулиан, – начала я осторожно. – А почему бы тебе самому не сыграть Просперо?

Он поднял голову, его взгляд встретился с моим, и я заметила тень сомнения.

— Я?

— Ты понимаешь этого персонажа лучше всех, – сказала я с улыбкой. – Кто ещё сможет передать его суть так, как ты?

Джулиан посмотрел на сцену, затем снова на меня.

— А кто сыграет Ариэля?

Я почувствовала, как внутри меня вспыхнуло лёгкое волнение.

— Я могу попробовать.

Его глаза засветились тёплым светом, и он мягко улыбнулся.

— Ты?

— Почему нет? – сказала я, стараясь казаться увереннее, чем чувствовала себя на самом деле.

Ричард хлопнул в ладоши.

— Это будет прекрасно! Автор и его муза на одной сцене. Настоящее волшебство. – Я? – Я чуть не рассмеялась от собственного предложения, но слова уже были сказаны.

Джулиан удивлённо поднял бровь, а затем мягко улыбнулся.

— Ты уверена, Анна?

— Конечно, – ответила я, хотя внутри всё дрожало от сомнений.

Но пока я пыталась свыкнуться с мыслью, что действительно могу выйти на сцену, моё внимание привлёк Ричард. Он наблюдал за мной с хитрой улыбкой, словно видел что-то, что было скрыто даже от меня самой.

— Вы не находите это… странным? – наконец спросила я, глядя на него.

— Что именно? – Ричард скрестил руки на груди, наклоняя голову набок.

— Ну, – я сделала глубокий вдох, – в эпоху Тюдоров женщины не играют в театре. Это против всех традиций.

Ричард рассмеялся, его голос эхом разнёсся по пустому театру.

— Вы говорите о традициях, мадам, но забываете, что мы с вами не просто актёры.

— А кто же мы тогда? – спросила я, скрестив руки.

Он сделал шаг ближе, его голос стал ниже, почти шёпотом:

— Мы – хранители Кода.

— И что это значит?

Ричард улыбнулся, его лицо осветилось в тени с каким-то внутренним светом.

— Код Шекспира – это не просто шифр или тайна. Это способ сохранить искусство, идеи и души, которые могут быть потеряны во времени.

Он кивнул на сцену, где Джулиан стоял, слегка отстранённый, но всё ещё в центре этого разговора.

— Ваша пьеса, – он сделал паузу, – не просто восстановление "Бури". Это акт любви к истории, к словам, к жизни. Мы играем не для королей и знати, а для тех, кто будет слушать нас сквозь века.

— И что, – я подняла голову, чувствуя, как уверенность медленно возвращается, – это всё оправдывает то, что я нарушаю законы времени?

— Никаких законов вы не нарушаете, – сказал Ричард, его глаза блеснули. – Наоборот, вы их творите.

Джулиан, который до этого момента молчал, спрыгнул со сцены и подошел ко мне.

— Анна, – произнёс он, беря мои руки в свои, – ты не просто играешь Ариэля. Ты уже являешься частью этой пьесы.

Я смотрела на него, и его слова, его прикосновения, его уверенность начали растапливать мои сомнения.

— Хорошо, – наконец сказала я, чувствуя, как внутреннее напряжение уходит. – Я попробую.

Ричард улыбнулся, а затем театрально развёл руки.

— Вот так. И теперь, друзья мои, давайте творить магию.

Джулиан усмехнулся, но в его взгляде мелькнула нежность.

— Тогда попробуем.

Эдмунд казалось в этот момент находился одновременно здесь и где-то далеко. Он сидел на краю сцены, болтая ногами, словно мальчишка, и смотрел на нас с Джулианом с таким выражением, будто именно он пригласил нас в этот мир.