Книга По милости короля. Роман о Генрихе VIII [litres], страница 26 – Элисон Уэйр

Одно дело – поцелуй, совсем другое – акт продолжения рода, как с напускной скромностью называл это Скелетон. Теперь Гарри больше всего на свете желал произвести на Екатерину впечатление в их первую брачную ночь. Господи, не дай ему все испортить и выставить себя дураком!

Гарри была нужна женщина для знакомства с радостями плоти. Но кто? За исключением испанских дам, которые находились в покоях Екатерины и которых он не посмел бы и пальцем тронуть, при дворе не было других женщин, разве что его прачка. Гарри обнаружил, что присматривается даже к ней. Но она была слишком толстая и старая. Он содрогался от мысли, что эти натруженные руки прикоснутся к его телу. И в очередной раз обругал отца: зачем тот держал его в изоляции!

Молодые джентльмены из окружения короля похвалялись своими подвигами в публичных домах Бэнксайда и Саутуарка на Темзе в Суррее. Там мужчины могли снять девку всего за несколько пенсов. Но Гарри не хотел якшаться с потасканной старой шлюхой, как не хотел подцепить какую-нибудь заразу; он слышал о страшной французской болезни. Но вреда не будет, если пойти и посмотреть, что там и как.

Однажды вечером Гарри надел легкий плащ, опустил на лицо капюшон, проскользнул мимо стражи, спустился по винтовой лестнице на первый этаж и вышел с территории дворца, держась в тени зданий. У причала он нанял лодку и попросил лодочника, чтобы тот отвез его в Саутуарк. Поездка неожиданно ему понравилась, он видел сверкавшие впереди огни Лондона, своей столицы. Что бы подумали горожане, если бы увидели его сейчас одного, без сопровождающих, в поисках запретных удовольствий? Эта мысль вызвала у Гарри улыбку.

Высаживая пассажира на берег, лодочник ухмыльнулся:

— Я бы попытал счастья в «Кардинальской шапке», хозяин. Девочки там чистые, и все содержится исправно.

— Спасибо, – буркнул Гарри, кутаясь в плащ.

«Кардинальская шапка» – один из борделей. На улице толклись какие-то неотесанные мужики и матросы, они отпускали скабрезные шуточки в адрес девиц, которые выглядывали из окон. Гарри вообще был не робкого десятка, но тут вдруг смутился. Однако он решительно подошел к двери и резко распахнул ее. Сидевшая внутри хозяйка бросила на него оценивающий взгляд:

— Что ищет прекрасный джентльмен?

— Девушку, – пробормотал Гарри. – Чистую. Здоровую.

— Все мои девочки чистые и здоровые. Хотите девственницу? Это за особую плату.

Гарри знал, что девственность в таких заведениях часто фальшивая, но кивнул. Старая карга встала и скрылась за дверью. Вернулась она со светловолосой розовощекой девушкой, которая выглядела так, будто только что приехала из деревни, и едва ли ей было больше пятнадцати лет. Гарри уставился на нее, не веря своей удаче.

Однако через полчаса он отвалился на спину и лежал на грязной простыне, уныло глядя в потолок. Его лицо горело от стыда, а скипетр был мягкий, как подгнившая груша. Когда дело дошло до совокупления, он сплоховал, так как был слишком взволнован, слишком спешил, а его предательский член совершил выстрел раньше, чем встретился с целью.

Едва живой от унижения, Гарри натянул на себя одежду, выскочил из комнаты и ринулся в ночь.

Гарри и Екатерина стояли на коленях в молельне королевы в Гринвиче, архиепископ Уорхэм произносил над ними священные слова, которые делали их мужем и женой. Двор все еще соблюдал траур по покойному королю, вследствие чего официальных торжеств не проводилось, и Гарри ясно дал понять, что церемонии укладывания молодоженов в постель тоже не будет. Зачатие наследников короля, хотя и являлось предметом жгучего интереса для подданных, останется личным делом его и Екатерины.