Книга Лоренца дочь Великолепного, страница 250 – Ева Арк

Дочь Великолепного крепилась из последних сил, чувствуя, как они уходят с каждым днём. В конце концов, она перестала смотреться в зеркало. Однако перед глазами Лоренцы постоянно были исхудавшие лица окружавших её людей. Утром восьмого сентября в спальню девушки вбежала Камилла:

— Мадонна! Горят пригороды Новары!

Выглянув в окно, Лоренца убедилась, что служанка сказала правду: со стороны городских ворот тянуло дымом. Оказалось, что это неприятель устроил поджог, чтобы ворваться в осаждённый со всех сторон город.

— Нужно вывести больных во двор! – распорядилась Лоренца. – Иначе ветер может принести искру и дом загорится.

Дочь Великолепного помнила, что в Париже так выгорел целый соседний квартал.

Едва успели вывести больных, как её опасения подтвердились: загорелась деревянная ставня дома, и дым повалил прямо в открытое окно комнаты, где был госпиталь. Сорвав со своей головы платок, Лоренца попыталась сбить пламя. Но густой дым щипал ей глаза и лез в горло. Закашлявшись, она выбросила в окно горящий платок и в следующее мгновение ощутила сильное головокружение. Теряя сознание, девушка успела подумать, что всё это когда-то уже происходило с ней.

Затем она ощутила лёгкость во всём теле и, словно на крыльях Леонардо, взлетела вверх, над горящим домом и над городом. Постепенно дым внизу рассеялся и она увидела лагерь противника, состоявший сплошь из палаток. Неожиданно до неё откуда-то донеслось:

— Прекрасная Дама!

— Она не слышит тебя, Асканио, – произнёс кто-то голосом, похожим на голос Сольё.

На несколько мгновений Лоренца прекратила своё вознесение: неужели Амори и сын Вирджинии уже на небе и оттуда обращаются к ней? Через некоторое время послышался голос её наперсницы:

— Мадемуазель, прошу Вас, не покидайте нас!

— Лоренца не умрёт, Катрин, – эти слова, как будто, принадлежали Даниелю.

Дочь Великолепного охватила неясная тревога: ей хотелось подниматься всё выше и выше, но знакомые голоса сковывали её, тянули назад к земле.

— Я поставлю самую толстую свечку Мадонне и буду молиться, чтобы донна Лоренца осталась жива!

— Мы все будем молиться за неё.

А кому принадлежали эти слова? Может быть, Клоду?

Вдруг Лоренца с размаху свалилась в чёрную бездну и сразу наступила тишина.

Разбудил её какой-то странный монотонный звук. Девушке показалось, будто она лежит в своей кровати на улице Розье и вот-вот войдёт её нянька и скажет:

— Пора вставать, мадемуазель! Ваша матушка уже пошла на кухню, а хозяин – в контору.

Однако вместо Жильетты она увидела возле своей кровати Камиллу, которая что-то шила, мурлыкая себе под нос. Это зрелище показалось ей настолько неправдоподобным, что у дочери Великолепного вырвалось:

— Где я?

Хотя голос Лоренцы прозвучал очень тихо, служанка всё-таки услышала её и, уронив шитьё, выбежала из спальни с криком:

— Клод! Мессир Даниель! Донна Лоренца очнулась!

Вслед за тем комната сразу же заполнилась людьми. Их лица казались девушке знакомыми и незнакомыми одновременно из-за радостного выражения, которого она давно не видела на них. Её взгляд задержался на лице мальчика:

— Значит, мне не привиделось: Вы действительно вернулись!

— Да, Прекрасная Дама!

— А почему Вы плачете?

— Я так боялся, что Вы умрёте!

— Благодаря Творцу, я жива. А где мессир де Сольё? – Лоренца обвела глазами присутствующих.