Книга Лоренца дочь Великолепного, страница 214 – Ева Арк

Заметив страх в глазах вдовы, Лоренца не выдержала:

— Простите, тётушка, но мне кажется, что дядя не останется равнодушным к судьбе своих соотечественников.

После того, как Даниеля посвятили в суть дела, он после некоторого колебания согласился с планом графини, поставив условием, чтобы она позаботилась об Асканио. Вызвав своего управителя, хозяйка приказала показать мальчику его комнату, но сын Вирджинии попросил позволения у Лоренцы провести последнюю ночь под одной крышей с ней. Как только они подъехали к Главной площади, д’Эворт сказал:

— Я загляну к мэтру Леонару. Он пригласил меня принять участие в опыте, который затевает сегодня с господином Кардано.

Не успели вдова и Лоренца поужинать, как в ворота забарабанили чьи-то кулаки. Оказалось, что это был Малатеста с дюжиной солдат.

— Герцог приказал мне срочно доставить в замок проживающего здесь фламандца со всеми его родственниками, – официальным тоном сообщил кондотьер донне Аврелии.

— Но зачем мы понадобились Его Светлости?

— Его Светлость не посвятил меня в свои планы.

— Где Ваш кузен? – спросил затем Малатеста.

— Его нет дома…

— И мы не знаем, куда он ушёл, – поспешно добавила Лоренца, бросив многозначительный взгляд в сторону Катрин.

В это мгновение она больше всего хотела, чтобы Даниель как можно дольше задержался во дворце Аренго.

Оставив половину солдат дожидаться д’Эворта, кондотьер усадил девушку на круп своего коня, а мальчика – в седло позади своего помощника. Что же касается донны Аврелии, то она ехала на своём муле.

Когда они спешились на Марсовом поле, Лоренца ухитрилась шепнуть сыну Вирджинии:

— Если Вас выпустят отсюда, ступайте к графине Бергамино и всё ей расскажите. Она позаботится о Вас.

Они вошли в Корте Дукале (Герцогский двор), превращённый в сад с фонтаном и кустами роз. Прямо в стене были устроены экседры – ниши со скамьями. Между ними стояли статуи, а сверху с пергол свешивались зелёные гирлянды, образующие тенистые уединённые уголки, словно магнит, притягивающие влюблённых. С трёх сторон двор был окружён постройками двухэтажного здания. Моро сидел под сенью изящной аркады главного корпуса, в то время как придворные на площадке перед ним играли в «слепую муху». В другой раз Лоренца нашла бы это место чудесным. Но сейчас девушке было не до красот сада.

— А, вот и вы! – усмехнувшись, сказал герцог, на смуглых щеках которого зарделись два алых пятна.

После чего обратился непосредственно к вдове:

— Надеюсь, Ваша племянница и племянник не откажутся принять участие в игре?

— Если так угодно Вашей Светлости…

От Асканио Лоренца знала, что пятна на лице у Моро появлялись, когда он испытывал удовольствие. Поэтому, не желая раздражать его, девушка не стала возражать.

«Слепая муха» – любимая игра миланских дам, заключалась в том, что одному из её участников завязывали глаза и он вслепую должен был ловить остальных, которые бегали от него с колокольчиками по кругу. Согласно правилам, водить пришлось Лоренце. Вытянув руки, она неуверенно сделала шаг вперёд. Вокруг слышались смех и звон колокольчиков. Шагнув ещё раз, дочь Великолепного внезапно наткнулась на какое-то препятствие и, ощупав его руками, поняла, что перед ней мужчина. Однако ещё нужно было опознать его. В полной тишине она коснулась пальцами щеки незнакомца и обнаружила там шрам. Попятившись, девушка сорвала с глаз повязку: на неё, мерзко ухмыляясь, смотрел Мендоса.