Книга Сказка, рассказанная лгуньей, страница 116 – Ана Жен

Липкий страх мешал движениям и путал мысли. В привычный шоппер она бросила зарядки, ноутбук, паспорт и зубную щётку. Будто бы нужно что-нибудь ещё. Запирая дверь, Аня позвонила Алессии, с трудом, путая английский, итальянский и русский, объяснила, что случилось, и попросила присмотреть за Горем. Что ещё ей оставалось?

Она доехала до аэропорта, чудом не забыв в поезде свой небольшой багаж. С трудом Аня нашла силы дождаться вылета. В самолёте она всё пыталась сделать конспект лекции по трендам в книжной рекламе. Обычно это помогало. Помогало отделаться от тревожных мыслей, от любых мыслей. Сосредоточиться на трендах. Она в самолёте. Сейчас всё равно ничего не поделать. Аня не знает, что с её мамой. Она не узнает, пока не приземлится в Стамбуле.

Как только Аня смогла включить телефон, тут же связалась с Максимкой. Он сказал, что ситуация вроде как стабилизировалась. Что это вообще значит? Несколько часов ожидания. Аня гипнотизировала имя Эвана в списке контактов. Как же ей хочется ему позвонить. Плевать на эти дурацкие фотографии… Яркий образ вновь вспыхнул перед глазами.

— Нет! – вырвалось у неё.

Девушка стыдливо огляделась. Она больше не могла сидеть на одном месте. Пошла в Starbucks и купила сразу четыре лимонада из новой линейки. Сейчас устроит дегустацию. Устроит дегустацию, впадёт в сахарную кому – и больше её не будут волновать все эти глупости!

Аня устроилась за столиком, будто бы неприступную крепостную стену расставила перед собой из разноцветных стаканчиков. Потом достала заметки по новому импринту и сфотографировала всю эту невероятную композицию. Она никому больше не скажет, что у неё всё плохо!

Получившийся снимок Аня отправила Антуану. Она привыкла к соцсетевой беспомощности. Злой сммщик тут же поставил огонёк, начал что-то печатать, но передумал. Интересно, он вообще спит? Аня несколько раз обновила ленту, пока не появилась её история с кокетливой припиской: «мне принадлежит лучшее будущее и весь лимонад этого аэропорта».

Аня улыбнулась – и возненавидела себя за это. Потом ей показалось, что кто-то фотографирует уже её саму. Просто паранойя. Аня не так популярна, чтобы её украдкой снимали в кафе… или?.. Все эти сплетни, интриги… Ане показалось, что она сходит с ума. Если до этого она ничего не чувствовала, то теперь эмоций было слишком много. Ужас, боль, радость, предвкушение – и снова страх.

Аня прибыла в Пулково совершенно вымотанная. Максимка сказал, чтобы она сразу ехала к себе домой. Не в больницу, а именно домой. Аня так устала, что предпочла без лишних вопросов следовать инструкциям. Она привыкла к тому, что за многие вещи в её жизни отвечает Эван.

Аня надела тёмные очки не потому, что боялась внимания (кому она нужна в России?), а потому что глаза страшно болели. Стеклянные двери зала прилёта открылись – и Аню ослепили вспышки фотоаппаратов и крики. Толпа непонятных людей кинулась на неё, а она не могла понять, что ей говорят, что всем от неё нужно. Подчиняясь животному инстинкту, она бросилась к выходу. Толпа побежала за ней. Так, наверное, ощущает себя кролик, преследуемый гончими.

Не понимая, что происходит, Аня подбежала к остановке и запрыгнула в первый попавшийся автобус. Двери закрылись. Аня села на корточки, обхватила себя руками. Кажется, у неё началась паническая атака.