Книга Слёзы любви, страница 125 – Мира Майская

— Конунг Яса в бой не пущу, он не готов. Если нужно, пойду с тобой я.

Я не успел ему ответить, Яс подошёл, как всегда с опущенной головой.

— Конунг? — тихий голос, как у девчонки.

Я обернулся и мазнул взглядом рубаху паренька, мелькнули желтые птицы, я не понял, что это. Мне сейчас не до них было.

— В Корсунь хотим входить, что думаешь на это? — мельком глянул на его макушку, больше посматривая на открытые ворота.

Паренёк немного помолчал, но всё же ответил.

— Конунг не ходи в город, запроси выкуп. Плохое чую.

Я продолжал смотреть на ворота, и у меня было предчувствии, которое меня ещё не обманывало.

— Сверр, почему медлим? Будем слушать что ли сопливого мальца? — это подали голос мои люди, недовольные промедлением.

Повернув голову, я посмотрел на говорящих, голоса притихли.

— Есть желающие пойти вперед? — задал угрожающий вопрос.

Набрался отряд из десяти смельчаков, накрывшись большими деревянными щитами они двинулись к воротам в город.

Повернув голову я встретился взглядом со старшим словеном и мотнув головой в сторону Яса, проговорил:

— Уведи его на корабль.

Словен согласно махнул головой, и слегка подтолкнул в спину своего сыновца, после чего они пошли в сторону берега, к нашим кораблям.

Как только отряд смельчаков приблизился к воротам, тут же полетели стрелы и сверху на них полилась горячая смола, но это ещё было полбеды. Добравшись до ворот, при этом потеряв одного раненым, на них обрушилась катаракта[12], с острыми кольями по краям. Задело одного из наших пробив деревянный щит, один из кольев поранил ему ногу.

Мои люди отступили, утаскивая с собой раненых. Ворота в город закрылись.

Осада продолжилась, ещё пять дней, город оставался без воды. Мы ждали исхода, больше терять людей я не хотел.

Настал шестой день, ворота вновь открылись и из города вышли двое., это были переговорщики.

Разговор затягивался, мы не как не могли договориться об откупе за взятие города. Торговались мы долго, никто не хотел отступать. Как к нам приблизился Яс, не слышал я, но он подошёл и тихо произнёс на языке словен:

— Конунг пригрози им пройтись по побережью, сжечь прибрежные поселения. Они от них сильно зависят.

Я в ответ дернул бровью, но виду не подал. Немного размыслив, так и сказал переговорщикам. Те немного помялись и вернулись в город, передать мои слова. В этот день мы их больше не видели, а вот на следующий дни согласились на все наши условия. Мы получили, то что хотели, не потеряв не одного воина.

Поговорив с Рериком, мы не позволили воинам, грабить окружающие поселения. Загрузив всё добро на корабли, мы двинулись в обратный путь, но через семь дней пути, когда корабли вернулись из моря в Днепр, вновь пристали к берегу.

Здесь мы отправились в пешим ходом в степные края, ещё пять дней мы с Рёриком, пустили наших людей погулять по степным районам. Ещё с десяток дней они грабили округу, брали людей в полон, чтобы потом использовать их в хозяйстве. Всё вокруг устья, где жили степные, кочевые народы мы выкосили под корень. Если возле Корсуня мы смогли удержать наших людей, то уж здесь викинги погуляли на славу.

Червень уж клонился к завершению, когда мы легли в обратный путь. Откладывать больше мы не собирались, и я, и Рёрик торопились. Конунг Ладоги к своей невесте, желая сыграть свадьбу до нашего похода на словен. А я хотел быстрее увидеть Ясю, в этот раз встретиться с ней мне ничего не помешает. Ни её замужество, ни отдаление от моего поселения.