Книга Тайны Нового Орлеана, страница 7 – Хелен Берд

Итан хмыкнул:

— Учите ученого, босс?

— Просто напоминаю. Мне и так с каждым разом все труднее оправдывать твою должность и должность Эммы. Не подведите меня.

Потерев большим пальцем переносицу, Итан кивнул:

— Постараемся, босс.

И черт бы взял его, если он сейчас представлял, как это сделать.

Второе декабря 1994 года. За месяц до убийства Ширли

Вначале декабря в Новый Орлеан съехалось так много туристов, что Келли Рассел-Квинн едва успевала раскладывать им Таро. Молва про их с родителями ведьминский магазинчик среди туристов ходила всегда, но к праздникам поток посетителей аж утроился, пусть до самого Рождества было еще три недели. Как и до Йоля^[7].

В торговом зале Эмили помогала родителям расставлять новый товар. Любители колдовской атрибутики налетели, как саранча, прямо с утра, и разобрали украшения да свечи, кто-то и на колоды карт покусился. Большинство из них понятия не имели, как обращаться с магическими свечами, а бусы и кольца для них были всего лишь побрякушками. Оно и к лучшему. Хороший инструмент в руках знающего может быть опасным.

Посетительница – кажется, ее звали Дайана, красивое имя, но ей совершенно не подходило, – мяла в руках край короткой джинсовой юбки. В магазинчик она пришла с мужчиной, и он сейчас курил на улице, явно показывая, что думает об увлечениях своей подружки.

Первая карта легла на стол.

Келли усмехнулась про себя. Паж Мечей. И следом сразу же – Десятка Мечей и Башня.

Она понимала, зачем к ней пришла эта девушка, уцепившаяся за скидку на предсказания, как за последний шанс. Напряжение между ней и ее мужчиной можно было ножом резать. Так не бывает, если двое людей смотрят в одном направлении. Самой Келли было всего девятнадцать, и она мало знала о любви, если уж говорить о личном опыте, но девушка… чувствовала.

У обычных людей, в отличие от ведьм и колдунов, не существовало «предназначенных» – тех, рядом с кем, по словам мамы, пела кровь и ощущалось притяжение, против которого пойти было почти нереально, – зато они могли позволить себе выбирать. И Келли не понимала, зачем некоторые женщины цепляются за тех, кто не уважает и не любит их, если могут выбрать… кого-то еще.

Кого-то стоящего. Кого-то, кто захочет быть рядом и смотреть в одну сторону.

— Что там? – Дайана, обеспокоенная долгим молчанием, еще сильнее стиснула в пальцах ткань юбки. Она была даже миленькой, хотя пышные мягкие локоны «как из модных журналов» ее не особенно красили.

— Видите эту карту? – Келли указала на Башню. – Вам не стоит продолжать связь с вашим мужчиной. Это не то, что вам сейчас нужно.

«Это вас разрушит».

— Почему? – Дайана сжала губы.

— Если лошадь сдохла – слезь. – Одним движением Келли смела карты и убрала их в бархатный мешочек без завязок. Она почти чувствовала, как «заворчала» колода, которой было еще, что сказать. Но далеко не все, что могли рассказать Таро, Дайане следовало знать. – Иначе больно будет падать.

— И это все?

Богиня великая, а что еще?..

Келли знала, что люди хотят слышать то, что почешет их «за ушком». Никто не любит, чтобы их гладили против шерсти.

— Разве этого недостаточно?

Дайана резко поднялась. Ее юбка задралась, и Келли заметила у нее на бедре синяк.

Она явно пришла к ней с конкретными вопросами о мужчине и жаждала получить конкретные ответы, но ей сказали, что он – не тот, кто нужен. Хотелось распахнуть дверь в подсобку и выветрить чужую энергетику. Ей не впервой было терпеть человеческое неверие. Люди шли к гадалкам не для того, чтобы услышать правду, а для того, чтобы им подтвердили их домыслы и надежды. Келли так не умела. Зато она умела видеть, и это зрение ничего общего не имело со зрением обычного человека.