Книга Тайны Нового Орлеана, страница 201 – Хелен Берд

Ей хотелось поцеловать его. Как тогда, под омелой в доме у дяди Адама, когда никаким апокалипсисом еще не пахло, а Бен отвечал на ее поцелуй так, что у нее подгибались коленки и сердце ухало куда-то в пятки.

— Давай. – Келли ткнула его пальцем в грудь. Бен даже не пошевелился, продолжая скользить взглядом по ее лицу, то и дело замирая на ее губах. – Давай, придурок, скажи, что ты не любишь меня! Что я тебе не нужна! Что тебя не тянет ко мне! И тогда можешь валить, – у нее сжималось горло, но она не могла не сказать этого.

Пусть знает: она отпустит его, если он совсем-совсем, ни капельки ее не любит.

Она смирится.

Она постарается прожить оставшиеся недолгие годы так, чтобы не о чем было жалеть. Но знала, что все равно будет жалеть, если не попытается остановить его сейчас.

— Келс, – выдохнул Бен, – ты же знаешь, что я не могу этого сказать.

— Тогда не уезжай!

— Не могу! – Он сжал губы. – Я не могу оставаться здесь, Келс. И не могу забрать тебя с собой.

— Почему?! – Келли снова заплакала. Она стояла напротив Бена и ревела, как идиотка. – Почему, Бен?!

Тэм.

Ее Тэм.

Она могла сейчас произнести его имя, и он не сумел бы уехать. Губы пекло от желания позвать его, однако Келли не могла и не хотела заставлять его. Привязывать его к себе, раз уж Бен того не хотел.

Тэм.

— Почему?

Висевшее между ними напряжение можно было резать ножом. Оно искрило, покалывая кончики пальцев, заставляя волосы у корней приподниматься, как под воздействием электричества. И Келли так и не поняла, кто сделал первый шаг, но в какое-то мгновение, до того наполненное звенящей тишиной и надрывом, они уже целовались – отчаянно, жарко, смакуя этот поцелуй, как последний.

Келли накрывало, и Бена, кажется, тоже, потому что она так и не поняла, как его футболка оказалась на полу – она просто целовала его губы, шею, ключицы, скользила приоткрытым ртом по черно-белым контурам татуировок, ногтями впиваясь в его предплечья.

Тэм. Тэм. Тэм.

Его истинное имя билось у нее в висках, замирало на кончике языка. Келли зарылась пальцами в его волосы на затылке. Прикосновения его губ опаляли. Голову вело, и Келли уже не понимала, где она, не думала, что будет дальше. Задыхаясь, она льнула к нему, постанывая и скуля от желания, скапливающегося в низу живота, расцветающего там огненным цветком.

Мысли перепутались, как всполошившиеся птицы. Прислонившись лбом к ее лбу, Бен смотрел прямо ей в лицо. Смотрел жадно, словно стремился запомнить каждую ее черточку. Келли уже ничего не понимала, а он продолжал обнимать ее и молчал. Он молчал.

А потом выпрямился. Так, словно ничего и не было. Натянул футболку.

— Я все равно уеду, малая. – Он провел ладонью по ее щеке. – Я должен уехать.

Его слова камнем упали между ними. Келли моргнула, не понимая: он, что… это серьезно?!

До нее не доходило, что Бен все равно уедет, пока парень натягивал куртку. Пока вытаскивал ручку чемодана. Пока надевал кеды.

Он не мог уехать. Не сейчас. Он просто… не мог.

Но Бен сваливал. Как трус, сматывал удочки, чтобы не разбираться с тем, что натворил за эти полтора месяца в Новом Орлеане. Просто сбегал.

Ноги едва держали ее, но она все равно шагнула к Бенджамину и влепила ему со всей дури пощечину. Хотелось заорать ему прямо в лицо, что он придурок. Высказать все. Расплакаться хотелось, но почему-то не получалось.