Книга Давай знакомиться, благоверный…, страница 81 – Эллина Наумова

— Ой, рыба ищет, где глубже, а человек – где лучше, то есть дешевле. Бог с ними. Анджела, завтрашняя квартира вас точно не разочарует. Там хозяин и не думает ограничивать свободу жильца. Нет, он требовательный, но современный. Я выразить не могу. Вы быстро не пойдете? Я тогда одна побегу к метро.

— Я пойду медленно-премедленно, – заверила ее Литиванова.

Остановилась и почти с наслаждением смотрела, как удалялся розовый пуховик.

3

Анджела очень хотела есть и не могла вообразить себя жующей. Двигать челюстью было настолько лень, что голодание казалось более приемлемым занятием. Но обнаруженное вчера свойство постепенно успокаиваться без размышлений, загрузив чем-то желудок, деловито елозило в ней. Женщине пришла в голову свежая идея: заказать где-нибудь мороженое и кофе – только глотаешь, но насыщаешься. И задабриваешь отчаяние, которое наверняка не ушло, а спряталось, чтобы рано или поздно вцепиться тебе в глотку. «Все гениальное просто».

Теперь, сидя за рулем, она вспоминала, как много читала о тех, кого посетило то же озарение. Сколько видела на экранах героинь, его использовавших и неудержимо жиревших. И, самое неприятное, переводила романы про бесконечные ведерки замороженного сладкого молока, которыми несчастливые американки и европейки глушили тоску. Как она могла двинуться тем же путем? Он был отвратителен уже своей проторенностью всеми неудачницами Земли. Сладкий жир тем не менее плавился внутри. И чем дольше, тем сильнее тянуло повторить неумное, угрожающее фигуре и затасканное действие.

Когда маниакальное стремление уже не к кафе, а к уличному лотку с вафельными рожками пронзило невыносимостью, Литиванова активно завертела головой. В конце концов, машина еле тащилась, в основном стояла: изловчиться и купить вожделенное лакомство было реально. Она готова была подло свалить вину на Ирину. Сама ездит на метро, с хозяевами квартир договорилась на удобное им время, не заботясь о том, что арендаторше придется страдать в час пик. Но тут справа замаячил поворот к бетонной многоэтажке какого-то офисного центра. Забыв про коварство нерадивой риелторши, Анджела свернула, припарковалась и вылезла на асфальт. Место было знакомым. Когда-то зачем-то она сюда… Точно! Лет пять назад катили с Мишенькой в ЦУМ за подарком Алику. Ему позвонили. Он сказал, что маршрут менять не придется, но надо ненадолго заскочить к одному человеку по срочному делу. Сюда и вошел. Жена тоже хотела размяться. Продефилировала по тротуару, заскучала и решила ждать мужа внутри. И дождалась буквально через десять минут.

Мороженое сразу растаяло в голове. Анджела быстро зашагала к вращающимся дверям. За ними был любящий ее и сына Литиванов, она не могла заставлять его ждать. Очередное взрывное помешательство разрешилось бы в холле, если бы за эти годы он чуть-чуть изменился. Но нет, вдоль облицованных бесцветной плиткой стен тесно располагались все те же черные кушетки. Стойку вахтеров, турникет и закуток охранника не перенесли в другой угол. И восьмиугольный столик с древним телефонным аппаратом не убрали от центральной колонны. Казалось бы, те же, что и тогда, просто одетые мужчина и женщина снимали в громоздком банкомате деньги. В тот раз она устроилась недалеко от него и видела, как они повторяли операцию снова и снова, бросая купюры в дорожную сумку, а квитанции – в пластиковое ведро. И людей было много. Одни выписывали пропуск, другие целовали дисплей турникета постоянным и шли к лифтам. К переминавшимся с ноги на ногу ожидавшим часто выходили менеджеры, увлекали за локти к сиденьям, разговаривали. Кого-то проводили с собой наверх, остальные убирались с живописными выражениями лиц. Все здесь суетилось, все завораживало, как броуновское движение под микроскопом.