Книга Давай знакомиться, благоверный…, страница 77 – Эллина Наумова

Литиванова была обескуражена. Она победила мнительного Леонида Сергеевича интеллектом. Сообразила, как с ним надо себя вести, что говорить. Даже заинтересованность сыграла, хотя квартира ей не понравилась. Но ее женские чары не расположили крепенького педанта. Он видел в ней съемщицу, и только. Еще недавно то, что она задействовала разум и добилась своего от изначально настроенного против нее существа, было важно. А теперь вдруг остро захотелось быть одетой не прилично и дорого, а непристойно. Декольте, мини-юбка, отсутствие рукавов… Этого достаточно, чтобы облегчить получение желаемого, или нужно еще выпячивать грудь, класть ногу на ногу и жестикулировать, будто исполняешь восточный танец?

Она видела полуголых жеманных дам на вечеринках, но считала их чокнутыми. Ей никогда раньше не приходилось обольщать мужчин. Если бы пришлось, она бы сделала это иначе. Как именно, не знала. Но стало ясно, что дороговизна тряпок приманивает нищих и мошенников, а богатые ее не замечают. Красота и стройность тоже для первых всего лишь необязательный бонус, а для вторых – результат труда медиков – стоматологов, диетологов, пластических хирургов. «Любовь должна быть, иначе все бессмысленно, все проституция», – шепнула исследовательница апрельскому миру, который зажмурился и разлегся, как кошка на солнце, брюшком кверху. Тянуло погладить. Но попробуй дотронься – сразу будет использован арсенал когтей и зубов. Анджеле еще не доводилось бояться жизни. Мишенька, который много лет делал ее безопасной, словно задался целью наспех обучить жену всему, что она упустила, будучи счастливой. От горестей, оборотной стороны радостей, мало кто погибает, когда они в час по чайной ложке. Но большой объем сразу может убить. Она вдруг поняла, что не хочет умирать. И жить как-то не очень получалось. «Может, зайти куда-нибудь на кофе с пирожным?» – боязливо спросила себя Анджела, припомнив утренние выводы о том, что еда способствует душевному равновесию. Но выскочившая из подъезда Ирина объявила:

— Я звонила второму хозяину, пока спускалась. Он ждет. Идемте, здесь очень близко. Вам легче будет сравнивать, если из дома в дом.

— Да, голод тоже способствует обретению покоя, только долго и мучительно, – мрачновато согласилась Литиванова.

Договаривая, она сообразила, что риелторша вытаращит глаза. Придется объяснять, мол, автоматически вслух закончила мысль. Но та отозвалась без заминки:

— Ой, спасибо, я хорошо поела перед работой. Лучше закончим скорее, а то у меня ребенок дома ждет, когда накормлю обедом.

Клиентка вздохнула и сама покорно вытаращила глаза.

— Знаете, Георгий Петрович – знаменитый артист. Ему уже восемьдесят, но когда-то он и в кино снимался, и в театре играл. Я старые черно-белые фильмы не люблю. По-моему, их никто не смотрел, но он думает, что хотя бы в детстве – все. А если не случилось, то близкие рассказывали, – болтала Ирина, шагая вприпрыжку по подсохшему асфальту.

— Вашему агентству и вам лично, похоже, очень везет на клиентов, – процедила Литиванова. – У одного мама тяжело больна, он слегка не в себе от переутомления. Второй – артист, оставивший сцену, что само по себе диагноз. Просветите, обычные, ненадломленные люди сдают квартиры? Или вам, сердобольной, достаются самые несчастные?