Книга Давай знакомиться, благоверный…, страница 37 – Эллина Наумова

— Теперь ты, Олеся. – Голос, как ни странно, не изменился, остался твердым и приказным. – Иди домой, умойся. Тщательно и долго, пока не забудешься, расчесывай волосы. Завтра в десять тридцать – ко мне на прием. До свидания.

— Спасибо, – выдохнула Олеся и направилась к подъезду, тихонько всхлипывая.

— Мам, что это было? – робко спросила Анджела.

— Пациентка, дочка. Лечу от депрессии, от последствий нервного срыва. А отогнала от нее виновника недуга. И теперь в курсе, как ему удалось довести молодую здоровую оптимистку до попытки суицида.

Оказалось, девушка из медленно, но верно идущей к благосостоянию семьи решила купить квартиру. Поставила родителям условие: «Не выбирайте за меня, я уже большая, все сделаю без вашей помощи». Папе такая самостоятельность понравилась. Средств немного недоставало, и он занял у приятеля под проценты. Она нашла через агентство хороший вариант – две комнаты, достойный метраж, срочная продажа. Встретилась с хозяевами. Милые пожилые супруги два часа излагали ей и риелтору грустные обстоятельства. Дочь уехала в Австрию, вышла замуж, родила. А старшая внучка ненавидит отчима и не ладит с матерью. Сбежала от них в Мюнхен. Огляделась и начала изучать медицину. Подрабатывает в качестве гида – знакомит одиноких богатых туристов с достопримечательностями. Ничего другого, упаси бог! И, как на грех, влюбилась в какого-то араба. Стали жить вместе, но этот восточный принц год не мог устроиться на работу. Она его содержала и пахала на износ. Кое-как мать, отчим, бабушка и дедушка вдолбили обессилевшей упрямице, что наглый мальчик ее просто использует. Она объяснила ему, что устала, что за душой у нее ничего нет, то есть совсем ничего. Ушла, сняв дешевую конуру. Но он твердо усвоил цепочку – Россия, нефть, деньги. Может, думал, что родственники владеют парой скважин? И коварно подкарауливал любовницу с букетами, умело соблазнял, заклинал вернуться, чем очень мешал экскурсиям. Отчаявшаяся студентка устроилась мыть полы в аптеке и еле сводила концы с концами.

— И мы решились. Продали квартиру дочери. Теперь продаем свою. Четверть денег отвезем в Австрию. На половину купим домик под Мюнхеном. Останется еще четверть в банк положить. Внучка будет жить с нами. Араба отважу, – говорил дедушка и смотрелся бравым мужчиной.

— Нам необходимо попасть в Германию до католического Рождества, – утирала мелкие слезинки бабушка. – Долгосрочная виза, мы обязаны хоть неделю в этом году прожить там. А сегодня уже пятое декабря. Успеем все сделать? Ведь еще одобрения из Госреестра ждать.

Растроганные агент с покупательницей торжественно обещали. Собрали документы, наняли юриста. А за два дня до сделки у нотариуса хозяин зачудил. Потребовал встретиться без его жены в кафе. Сначала поднял цену. Потом заявил, что выписываться будет после того, как возьмет деньги, в течение месяца. И вообще раньше первого января с места не двинется. И наконец, закатил истерику на сутки: агентство привело сомнительную девицу. Цель ясна – выведать про него как можно больше и отнять деньги и квартиру. А то и убить. Он такой конторе больше не доверяет. Еще год будет продавать свое добро, но только с честными риелторами. Его уговаривали, просили одуматься. Бесполезно.

Доверчивая Олеся была раздавлена: