Книга Измена. На бис!, страница 50 – Ася Вернадская

Затягивается. Выдыхает дым в сторону окна.

— А оказалось, что без любви — это просто… существование. Рядом. Пустота.

Я смотрю на его руки. Скрюченные артритом пальцы сжимают чашку. Они дрожат. Не от болезни — от всего.

— Ты не виноват, — говорю.

— Виноват, — качает головой. — Я привёл её в дом. Я поверил. Я тебя не уберёг.

— Перестань.

— Не перестану. — Он поворачивается ко мне, и глаза у него печальные. Страшно печальные. — Я твой отец. Я должен был видеть. Должен был заметить, что она на твоего мужа смотрит не так. Должен был…

— Пап, хватит! — Я стучу чашкой по столу. Коньяк выплёскивается. — Ты не виноват! Это они виноваты. Оба. А ты… ты просто жил. Имел право.

Он смотрит на меня долго. Потом кивает.

— Ладно. Давай не будем. Не помогает.

Мы сидим долго. Молчим. Пьём коньяк. Смотрим на снег, молчим, говорим, снова молчим. За окном уже темно. В голове пустота. Хорошая такая, ватная.

— Ты у меня останешься? — спрашивает папа.

— Нет. Домой поеду. Там Катя ждёт.

— Звони, если что.

— Позвоню.

Я встаю, надеваю пуховик. Папа подходит, обнимает меня. Крепко, по-медвежьи, как в детстве. От него пахнет табаком и коньяком и ещё чем-то родным, папиным, что не передать словами.

— Ты у меня сильная, — говорит в макушку. — Помни.

Киваю, всё ещё уткнувшись в его свитер.

Выхожу на улицу. Снег всё валит. В кармане вибрирует телефон. Коля.

— Ариадна, — без приветствия, как всегда. — Извините, что поздно. Можете подъехать сейчас? Обстоятельства изменились.

— Что случилось?

— На месте расскажу. Это важно. По Арсению.

Смотрю на часы. Десять вечера. Коньяк делает своё дело, мысли плывут.

— Еду.

Офис Коли светится в темноте единственным окном на двенадцатом этаже. Охрана внизу кивает, видимо, Коля их предупредил. Лифт, коридор, дверь с табличкой «Николай Сергеевич Ветров, адвокат».

Вхожу. Коля сидит за столом. Костюм, галстук, безупречная осанка. Великолепен, как и при первой нашей встрече.

— Проходите, — кивает на стул. — Присаживайтесь.

Сажусь. Он разворачивает бумаги, и следующие полтора часа мы работаем. Жёстко, сухо, по факту. Он показывает встречный иск Арсения, оказывается, тот требует признать квартиру своей личной собственностью, утверждает, что я вкладывалась неравномерно, прикладывает какие-то выписки.

— Чушь, — комментирует Коля. — Но красивая чушь. Придётся доказывать. У вас есть документы о ваших доходах за последние три года?

— Да, я собирала.

— Отлично. Ещё нужны квитанции об оплате коммуналки, чеки на ремонт, всё, где есть ваши траты.

Я киваю, записываю в телефон. В какой-то момент желудок издаёт предательский звук. Громкий, урчащий. Я краснею.

Коля поднимает бровь.

— Вы когда ели последний раз?

— Утром. Кофе пила.

— А сейчас вечер.

Пожимаю плечами. Он смотрит на меня пару секунд, потом откладывает ручку.

— Всё. На сегодня хватит.

— Но мы ещё не закончили…

— Закончили. — Он встаёт, снимает пиджак со спинки кресла. — Пойдёмте.

— Куда?

— Есть. Я тоже сегодня только кофе пил. А работать с пустыми желудками — преступление против мозга.

— Коля, я не хочу…

— Ариадна. — Он смотрит серьёзно. — Это не свидание. Это голодный адвокат с клиентом обсуждают стратегию защиты за ужином. Всё чинно и официально. Идёт?

Усмехаюсь.

— Идёт.

Ресторан оказывается маленьким итальянским местечком в двух шагах от офиса. Красный кирпич, свечи в бутылках, пахнет чесноком и базиликом. Коля заказывает пасту и красное вино. Я просто киваю. Он выбирает, я доверяю. Мне абсолютно всё равно.