Книга Игра на двоих, страница 118 – Татьяна Тальская

Я снова облизываю губы, все еще на адреналине от того, что он вызвал меня сюда, на работу, ради этого.

— Это все? — шепчу я.

Его темные глаза не отпускают меня.

— Пока что.

Он обходит стол и садится в свое кресло, откидывается.

Само высокомерие.

— Я… вернусь к работе, мистер Мельников.

Он кивает и берет ручку.

Я подхватываю сумку и иду к двери.

— Катя Лаврова.

Я оборачиваюсь.

— Да.

— Хорошая работа, — он слегка приподнимает подбородок. — Отличные… навыки отчетности.

Я ухмыляюсь. Гад!

— Я стараюсь.

Я выхожу, прохожу по коридору и возвращаюсь в приемную. И с ощущением его вкуса на губах прощаюсь с секретаршами.

Вечером мы подъезжаем к большому дому — сегодня семейный ужин у Тимура.

Илья сжимает мою руку в машине.

— Готова?

Я натягиваю улыбку.

— После сегодняшнего дня? Даже не знаю.

Он целует меня в висок.

— Мне очень понравился подарок.

Я улыбаюсь.

— Ты уже раз сто это сказал.

Подарок — простая вещь. Я сделала фото Ильи у озера ранним утром: он стоит спиной, в костюме, смотрит на воду, вокруг ног крутятся утки, над холмами стелется туман. Красивый кадр — спокойный, настоящий. Я распечатала его и поставила в рамку.

Что дарят мужчине, у которого есть все? Оказывается, что-то личное. Он любит это именно потому, что это про нас.

Тимур открывает дверь.

— О-о, — улыбается он. — Заходите.

Он целует меня в щеку:

— Привет! Проходи.

Дома оживленно, шумно: дети бегают, кто-то смеется, пахнет едой, вокруг люди.

— Это Эмилия, — Тимур показывает на беременную девушку. — Жена Ярослава. А это их сын, Женя.

Мальчику года три, темные волосы, светлые глаза.

— Привет, — улыбается Эмилия и тоже целует меня в щеку. — Очень приятно. Наша дочка Ира где-то носится, ей почти два.

— У вас весело, — выдыхаю я.

— Особенно, если учитывать, что Ярослав тоже ребенок, — смеется Тимур.

Он поворачивается к другой девушке:

— А это Клара, моя жена.

Клара очень красивая, естественная, без пафоса. Не такая, как я ожидала.

Тимур берет на руки малышку в розовом:

— Это Полина. А еще у нас есть Соня, ей два, сейчас где-то разносит дом.

В этот момент мимо пробегает маленький ураган, визжит и смеется.

— Вот она, — кивает Тимур. — Самый громкий человек в мире.

Я смеюсь, напряжение начинает отпускать.

Тимур зовет мальчиков:

— Подойдите сюда.

К нам подходят два подростка и мальчик помладше.

— Это мои: Филипп, Глеб и Паша.

Они вежливо пожимают мне руку.

В глубине гостиной все болтают, смеются, и я впервые за день выдыхаю по-настоящему. Может, это будет не так страшно. Если бы «рай» был неделей, то, наверное, это он.

Мы с Ильей поздно возвращаемся в его квартиру. В лифте я прижимаюсь щекой к его груди, его рука обхватывает меня, и мне спокойно. Мы танцуем, смеемся, целуемся, живем.

Через несколько дней нам возвращаться в Москву. Не думала, что скажу это… но я не хочу. Здесь у нас есть воздух. Семья. Мы не прячемся так, как в Москве. Здесь проще.

Мы заходим домой, Илья идет на кухню, открывает холодильник и достает коробку конфет.

— Что это? — улыбаюсь я.

Он показывает: это «Рафаэлло», он протягивает мне всю коробку.

И меня вдруг накрывает нежность.

— Я подумал… надо «поднять тост» за Питер, — говорит он.

Я смотрю на него сквозь слезы.

— Ты невозможный.

Мы выходим на балкон, садимся. Он поднимает конфетку, как бокал: