Книга Ледяное сердце дракона, страница 19 – Дана Кор

Кухня встречает меня привычной мертвой тишиной и запахом угасающего очага. Аро стоит у котла, медленно мешает что-то серое и на вид вполне безвкусное.

— Аро! — голос срывается от волнения. — Сегодня же конец года! Праздник!

Она оборачивается. В ее старых глазах — не удивление. Только бездонная печаль.

— Так и есть, госпожа, — грустно произносит она. — Но эти стены давно забыли вкус праздника. Драконы не отмечают подобные события.

— Мы с тобой не драконы! — почти кричу я, и золотое платье шуршит, будто само просит не сдаваться. — Не позволим же их вечной зиме проглотить наш свет! Мы выпечем каравай. Зажжем бенгальские огни. Мы обязаны.

— Господин не любит суеты, — начинает она, но уже не так твердо.

— А ты пробовала радовать его просто потому, что захотела, а не потому что должна? — подхожу ближе, беру ее за руку. — Помоги мне. Хоть раз. Дай ему почувствовать, что здесь еще живет тепло.

Она смотрит на мое платье, на глаза, в которых, наверное, горит все солнце, что я принесла с собой. И в ее взгляде что-то ломается — тихо, как лед под первым лучом.

— Хорошая ты, Элла… — шепчет она. — Ладно. Рискнем. Может, и правда пора устроить праздник.

И мы бросаемся в работу, как две ведьмы, решившие украсть у вечности один-единственный день.

Кухня оживает. Аро творит чудеса у печи, я погружаю руки в тесто — теплое, живое, пахнущее детством. Вдавливаю изюм, орехи, шепчу старые слова. Пахнет медом, корицей, имбирем. Готовим фазана в ягодах, варим пряное вино — оно булькает в котле, словно смеется.

А уже в зале принимается за сервировку. Достаем скатерть, свечи. Плетем гирлянды. И все это вмиг придает какой-то невероятный уют дому, словно здесь всегда жили люди, нет, даже семья. Холодный мрамор теплеет, тени начинают танцевать. Ощущение, что ледяная гробница впервые за века дышит.

— Что это за безумие происходит в моем замке?

Голос Дарена заставляет нас вздрогнуть и обернуться.

Он стоит в дверях, смерив нас высокомерным, холодным взглядом. Но удивительное другое: не злиться и даже не ругается. Только с любопытством поглядывает.

— Доброго вечера, — киваю.

— Я спросил: что здесь происходит? — повторяет он.

— Сегодня Новый год, Дарен. День, когда мы делимся светом. Мы… я хотела подарить тебе хоть каплю тепла. Так… принято у людей.

Он молчит, только смиряет меня пронзительным взглядом. И мне уже кажется, что затея глупая, сейчас Дарен устроит мне здесь, однако он лишь спокойно спрашивает:

— Так «мы» или ты? — переводит взгляд на Аро.

— Это была моя идея, — твердо говорю я.

— И ты правда думаешь, что эти свечки и ленточки разожгут то, что тухло тысячелетиями?

У меня перехватывает дыхание от волнения. Я ведь действительно так думала. Что праздник можно создать, если очень постараться. А мы старались, от чистого сердца.

— Нет, — робко отвечаю. — Но… Если не провожать год, если не соблюдать традиции, как узнать тогда, что приносит радость, а что нет. Прости, я… Тебе… не нравится?

— Люди придумали это для детей, ерунда и только, — отрезает он и поворачивается, чтобы уйти.

И тогда что-то во мне лопается.

— Подожди, — хватаю его за рукав, пальцы дрожат. — Просто поужинай с нами. Я готовила, старалась. Я очень хотела, чтобы… тебе понравилось. Пожалуйста.

Он замирает. Несколько долгих секунд стоит ко мне спиной, и мои надежды уже успевают рухнуть, как вдруг Дарен поворачивается. Ощущение, словно он впервые видит меня, да и в целом, все то, что я пытаюсь вдохнуть в этот ледяной дворец.