Книга Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 3, страница 107 – Дия Семина

— М… Ну…, — в счастливых глазах девушки блеснули слёзы. — На этот подарок я бы с великим удовольствием посмотрела…

— И только? Даже не откроешь коробочку с красками?

— Ты искуситель, открою, конечно, открою.

Он протянул ей руку, и она ответила на рукопожатие, счастливая оттого, что Орловы выбрали самый правильный подарок, которым признали за ней все права и свободы творческой личности.

Смущённая гостья вошла в небольшую, по-домашнему уютную гостиную, улыбнулась и присела в неглубокий книксен, как полагается поступать, приветствуя знатных персон в неофициальной, семейной обстановке.

Модест представил, назвал полное имя и титул своей избранницы. Ольга Ильинична залюбовалась, вздохнула, сказав, что были годы, когда она сама была так же хороша, как сейчас Виолетта.

— Вы так красивы, моя дорогая, что я теперь прекрасно понимаю, почему наш сын выбрал вас из всех девиц, что сейчас на выданье. Само очарование, но не стойте, не стойте, проходите, присаживайтесь вот здесь и расскажите нам о себе.

Гостья прошла к столу и присела рядом с Ольгой Ильиничной и напротив молчаливого Андрея Романовича.

— Я не знаю, о чём рассказывать. Жила под присмотром опекунши, она оказалась слишком жадной натурой, и я во всём её слушалась, боясь нарушать правила, установленные в обществе. За этими страхами, чуть было не потеряла всё. Да и потеряла. Но пример моей лучшей подруги, и её поддержка дали мне сил и решимости уйти из дома, и начать самостоятельную жизнь…

Андрей Романович оживился, ему вдруг рассказ девицы показался занятным, особенно упоминание Анны и её пример.

Но матушку начало истории несколько озадачило:

— Постойте, милочка, вы сейчас где живёте? Это опасно, быть настолько милой и одинокой без покровителя.

Виолетта тепло улыбнулась, вспомнив целый отряд своих покровителей.

— Ой, что вы, я не одна. Аннушка меня взяла к себе, выделила три комнаты, по сути, это отдельная большая квартира. Её папенька относится ко мне как к дочери, Иван Петрович вообще очень добрый человек и заботливый. И Савелий Сергеевич мне теперь как старший брат. Но я не приживалка, я работаю…

— Да что вы говорите? Работаете? А в какой области? Преподавание? — Ольга Ильинична с облегчением выдохнула и сменила тему.

— Преподаю я совсем мало, только племяннику Савелия Сергеевича несколько уроков акварели успела дать. А основная моя работа — оформление нового магазина мебели, создаю уютное пространство, помогаю красиво расставить новую мебель, рисую акварелью рекламные плакаты…

Модест не выдержал:

— Они великолепные, я даже у именитых мастеров не встречал подобной лёгкости, а ведь я имел честь видеть только печатную копию плаката, полагаю, что оригинальный рисунок на грани совершенства…

Виолетта слегка порозовела от смущения.

Родители переглянулись.

Кто бы мог подумать, что эта миленькая, скромная девочка ведёт настолько насыщенный образ жизни, и работает основательно, и непростой продавщицей.

— Значит, вы декоратор? — Ольга Ильинична не унимается, личность избранницы любимого сыночка её заинтриговала.

— Да, выходит, что декоратор. Но в договоре аренды я значусь начальницей мебельного салона, Аннушке не хватает времени на всё, потому магазин я взяла на себя.

От восторга матушка закатила глаза, улыбнулась и обратилась к мужу: