Книга Из травницы - в графиню, страница 56 – Наталья Нежданова

Вот зачем я об этом думаю, а?

Наконец, впереди показываются стены и башни родного Марна. Сердце щемит тоска. Я прожила там большую часть жизни. Не очень-то счастливо, но всё же…

— Не будем туда заглядывать. Слишком опасно! — бросает Рейнар.

Я с ним полностью согласна. Ни к чему это.

— Завтра доберёмся до Мерры, а там и до самих заводов рукой подать! — продолжает он. — Остановимся у надёжных людей. Отдохнём хорошенько. Уже немного осталось.

— Всё нормально! — киваю я. — Там, у Антония — не приходилось расслабляться. Он здорово нас гонял. И с магией, и к зиме готовиться надо было. Я привыкла. Справлюсь!

Рейнар смотрит на меня и опять улыбается. Только почему-то печально.

В последний раз оглядываюсь на родной город. Прощай, унылый и душный Марн! У меня теперь — новая жизнь!

К обеду следующего дня впереди показывается зелёная полоса зарослей, обрамляющих реку Мерру, на которой стоят Арские заводы. Мы сворачиваем в их сторону, но не доезжаем до самой плотины. Останавливаемся в крохотной деревушке на берегу.

Я успеваю испугаться, не поджидают ли нас и тут враги. Но Рейнар заверяет, что нет. У них тут, оказывается, целая система условных знаков. Жерди, наклонённые деревья, треснутые горшки на столбах изгородей.

— Не бойся, здесь живут надёжные люди! — говорит он.

Хочется надеяться, что он прав. Но я ведь знаю, что человека можно подкупить. Или запугать. Если сам смелый и честный — поставить под угрозу кого-то из родных.

Слегка обеспокоенная, вхожу следом за Рейнаром в небольшой домик. С облегчением замечаю, что сразу за огородом начинается кустарник, переходящий в небольшой лесок. Если что, хоть будет куда бежать.

Гостеприимные хозяева, пожилая супружеская пара, кормят нас сытным ужином. Чуть позже с заводов возвращается их взрослый сын.

Мы долго сидим за столом и слушаем новости:

— Плохи дела при графе-то! — сетует наш хозяин. — Сына и не видим почти. От зари до зари теперь работа. Покойный барон людей жалел. А этот сам особо не вникает, так управляющего поставил. Для того главное — денег побольше получить. Чтоб и граф доволен был, и самому в карман сунуть. А что люди уставшие у печей и молотов надрываются и калечатся порой — так им всё равно.

Всё-таки покойный барон Арский — очень достойным человеком был, — соображаю я. Все его добром вспоминают. Хорошо ему, наверное, на том свете. Хоть бы уж у Дарины получилось всё обратно вернуть.

Молча слушаю их разговор. Не всё понимаю даже. Не разбираюсь я в этих ремесленных делах. Но, похоже, придётся и в это вникать. Потому что Рейнар говорит, что мы будем жить рядом с заводами всю зиму. Лишь весной отправимся в Ренский лес. В тот самый новый посёлок Дарины.

Наконец, хозяйка проводит нас в комнату:

— Тесно у нас, уж не обессудьте! Зато тут печка своя сложена, не озябнете. А госпоже кроватку занавесочкой отгородить можно!

Мне это нисколечко не мешает. Я с детства привыкла жить в тесноте и многолюдстве. Разве что перед Рейнаром неудобно. Не хочу я к нему так близко.

Не то, что не хочу даже. Так-то он хороший. Ведёт себя безукоризненно. Просто страх у меня перед мужчинами.

Не перед всеми. Допустим, Тедара и Гая я вообще всерьёз не воспринимаю. Скорее, как младших братьев. Мы с Гаем в лесу прямо рядышком спали, и ничего.