Книга Эльф для цветочницы, страница 21 – Элейн Торн

Впервые за долгое время Рози почувствовала что-то, чему не могла подобрать название. Это не было страхом. Не было облегчением. Это было... любопытство? Нет. Что-то большее. Что-то, похожее на крошечный, робкий росток надежды, пробивающийся сквозь спекшуюся, мёртвую землю.

Она посмотрела на свои руки, сцепленные на подоконнике, и глубоко вдохнула.

Впереди был долгий день. И, кажется, первый день, когда она не боялась того, кто находится в её доме.

Ну, или почти не боялась.

После завтрака Рози вышла на крыльцо и остановилась, подставив лицо утреннему солнцу. День обещал быть тёплым и ясным — идеально для работы в саду и лавке. Она глубоко вдохнула, чувствуя, как напряжение вчерашнего вечера понемногу отпускает.

Калеб вышел следом и замер в двух шагах позади неё. Рози слышала его дыхание — ровное, спокойное. Он ждал. Ждал указаний, как и положено рабу. От этой мысли ей стало не по себе.

Она обернулась.

— Сегодня много работы. Лавка открывается через час, а у меня ещё не политы розы в переднем саду и не собраны букеты для утренней выкладки.

Калеб молча кивнул.

— Ты... — Рози запнулась, подбирая слова. Ей никогда раньше не приходилось командовать рабами. Томас был подмастерьем, почти членом семьи, а этот эльф — собственность, купленная за деньги. Как с ним говорить? Как с работником или как с вещью?

Она решила — как с работником.

— Ты можешь полить розы в переднем саду? Ведра у колодца, лейка в сарае. Только не лей на листья, только под корень, иначе солнце обожжёт. И проверь подвязки на плетистых — вчера был ветер, могло ослабить.

Калеб чуть склонил голову, и в его светлых глазах промелькнуло что-то похожее на одобрение. Словно он ожидал более глупых приказов, а получил разумные.

— Сделаю, — коротко ответил он и направился к колодцу.

Рози смотрела ему вслед. Он двигался плавно, экономно, как хищник, привыкший беречь силы для броска. Но сейчас этот хищник взял лейку и пошёл поливать её розы.

Она тряхнула головой и направилась к лавке.

Лавка располагалась в пристройке к дому, с отдельным входом с улицы. Небольшое помещение, заставленное горшками, кадками, корзинами с цветами. Вдоль стен — полки с готовыми букетами, засушенными композициями, саше с лепестками. У окна — прилавок, за которым Рози проводила большую часть дня.

Она отперла входную дверь, перевернула табличку с «Закрыто» на «Открыто» и принялась расставлять утренние букеты. Руки двигались привычно — срезать лишние листья, подровнять стебли, уложить в корзины так, чтобы привлекало взгляд. Розы, лаванда, ромашки, веточки зелени. Просто, но со вкусом, здешние жители не гнались за вычурностью, зато ценили свежесть и аромат.

Через полчаса с улицы донёсся знакомый свист. Томас.

Юноша вошёл в лавку, как всегда, энергично, чуть не задев головой подвешенный к потолку пучок сушёной полыни. В руках он держал корзину со свежими травами — мятой и мелиссой, которые выращивал на своём небольшом огороде специально для Рози.

— Доброе утро, госпожа Рози! — выпалил он и тут же осёкся, заметив, что она не одна.

Рози проследила за его взглядом. В дверях лавки, отделяющих её от жилой части дома, стоял Калеб. Он закончил полив и теперь, видимо, ждал дальнейших указаний. Солнечный свет из окна падал на него, делая светлые волосы почти белыми, а шрамы на открытой шее — особенно заметными.