Книга Отвоюю её у друга, страница 30 – Евгения Чащина

— Ты же не глупая девочка и понимаешь, что я хочу общего ребенка, - прикасаюсь к ее волосам, прячу прядь за ушко, - она просто сейчас растеряна, а я не знаю, что делать, я в отчаянии.

— Боюсь, что в этой ситуации я вам не советчик, учитывая... - окидывает взглядом кровать, на которой я собираюсь взять её. - Это слишком глобально, я не... - качает головой. - Я не знаю, что сказать.

— Подумай, любые условия и сумма, - беру ее за плечи и  смотрю так вопрошающе, словно моя жизнь на кону.

По сути так оно и есть, на кону счастье моей семьи. А какой ценой, сейчас не важно. Люба выглядит адекватной девочкой, она должна мне помочь, если нуждается. Я буду ей по гроб жизни благодарен, помогу, чем смогу.

Вижу жалость в её глазах. Она кивает.

— Я подумаю. Поймите, на эмоциях такие решения не принимают. А когда вы на меня так смотрите, я на всеё готова согласиться...

— Мне уйти? Прости, действительно, было эгоистично с моей стороны так на тебя наброситься.

Отхожу и поднимаю руки вверх, стараюсь не смотреть на ее тело, скрытое под халатом.

— Нет. Пожалуйста... Я не хочу сегодня оставаться одна, - отчаянно краснея, говорит девчонка и смотрит на меня щенячьими глазами.

Пиздец. Не это я ожидал услышать. Далеко не это.

— Тогда дерзай. Хочу посмотреть на тебя.

Она двигается ко мне, кладёт ладони на шею. Притягивает к себе для поцелуя и целует жадно. Отчаянно. Так же отчаянно, как звучал я, когда просил о чём просил.

Моё тело тут же реагирует на неё, на ее ласки. Отдаёт себя всю и берёт много взамен. Толкает меня на кровать и садится сверху. Ладонями изучает мое тело, скользит по кубикам пресса, взглядом ласкает каждую клеточку кожи. Как будто насмотреться не может. Столько интереса. Я отвык от этого.

Опускается вниз с поцелуями, целует шею, грудь, спускается к животу.

— Я не умею надевать их, - тянется к пачке презервативов и поднимает растерянный взгляд на меня.

Я ничего не говорю, просто один извлекаю, но надевать не спешу. Тру воспаленные от поцелуев пухлые губы, насмешливо всматриваюсь в затуманенные страстью глаза. А она умеет наслаждаться сексом. Чувственная, стеснительная, но пробует себя и свои силы. Только сейчас понял, что действительно неумелая.

Моя рука тянет локон вниз, склоняет голову к паху. Хочу, чтобы прикоснулась к моему бойцу, который не просто окреп, он уже в предвкушении  получить поцелуи сладких губ.

Теряется, целует, обхватывает головку губами нерешительно, причмокивает так, что у меня мошонка сжалась. Пытается вобрать его глубже, доставить мне удовольствие.

Плевать, не сейчас, не хочу. Сваливаю Любу на спину и коленкой широко развожу ей ноги. Выгибается, опять грудь полностью в моем распоряжении, кончиком языка ласкаю сосок, посасываю его. Она трется влажной плотью о кожу ноги, а я охреневаю.

— Громче, раскрепостись, покажи, на что способно твое тело, делай то, что чувствуешь, - требуя полнейшей отдачи.

И она исполняет требования, отдаётся вся. Стонет, выкрикивает моё имя, взвизгивает от укусов и шлепков, молодая, сексуальная, живая.

— Ещё, Вартан, ещё, - просит сразу после оргазма, и я понимаю, что меня этой ночью ждёт марафон.

Она не отпустит меня. А я не отпущу её.

Уснула. А я сел на кровати сжал виски пальцами. Опустошен не только физически, но и эмоционально. Я не изменял Стасе с того первого дня, когда она отдалась мне. Даже беременность я переживал вместе с ней. Только ее пальцы, моя рука и томный взгляд кошечки. Нахера я это сделал? Не стало же легче. Другая не заменяет.