Книга Отвоюю её у друга, страница 11 – Евгения Чащина

— Нахуя ты его прикончил? А если найдут?!

— Я никого не трогал. Ты ебанат? Я убийца по твоему? С каких херов бы я прилетел к вам домой и Стасю с твоего хуя снимал, как укушенный, если бы это было моих рук дело? Вартан, сука, не беси!

Вартан подвис, испепеляя Гурама бешенным взглядом. Впрочем, я на стороне Вартана. Мы не убийцы.

Да мы придурки, можем неплохо страху навести жесткими методами, но убить…это не по нашей части.

— Гура, лишь бы всё так. Не брызжи слюной. Лучше расскажи, как ты жил эти два года. Баба есть? Дети?

— В очереди на Стасю, блядь! - выплевывает херню, которую раньше спорол Вартан и отходит к окну. Устало трет глаза. Вижу, что злой.

— Ты помер, брат, а ты, если помнишь дохуя чего делал. И пока этот утешал твою бабу, я вкалывал за троих. Так что нет у меня нихрена кроме пристрастия к вискарю из новых приколов.

— Фильтруй базар, - рявкнул Вартан и  грюкнул чашкой по блюдцу, - даже вам не позволю так отзываться о моей жене. И да, я утешал, но чтобы она не ушла в дремучую депрессию. Да лучше бы вагоны кирпича разгружал, чем слышал каждую ночь, как она его оплакивает. Ты думаешь с бабами только трахаться можно? Они не такие черствые, как мы. Это нам хуй на перевес и ебись всё конем, не все давалки рьяные и бесчувственные.

— Моё почтение, - гаркает Гурам в ответ. - Я твою дуру-жену как сестру люблю, расслабь ты булки свои уже. Никто твоё не отберёт.

Гур поворачивается ко мне и говорит:

— К твоему сведенью, Егоров пиздил девку с тринадцати. Если кто его ненавидит больше, чем ты - это она. Так что хорош затирать ей, чья она дочь. Она в курсе, ей кулаками вбито.

— За что бил? – напрягаюсь, сжимая чашку пальцами.

Вартан выругался и соскочил с места. Вижу, что ему больно дается этот разговор. Но кто сказал, что мне легко. Нервничает. Значит, знает, что Я «прошлый» за неё ему рожу набил бы, будь при памяти, не смотря на то, что он её оберегал, как зеницу ока.

— Из нас троих ответ на этот вопрос мог дать ты.

Гурам смотрит на Вартана с вопросом.

— Тебе же не рассказывала? Кроме того, что ты сам застал тогда у подъезда, ты ничего не знаешь?

Вартан молчит. Потом вздыхает.

— Ему жена изменяла, он думал, что Стася не его. Бить стал после того, как отличилась Агата. Чтоб выбить дурь о мужиках из головы и сохранила себя, как папочке выгодно. Хотел ее выгодно в «замуж» пристроить и спасти отель, который был в жопе. А потом появился ты, - Вартан тяжело смотрит на меня и замолкает ненадолго прежде чем продолжить. - Ты отличился. Трахнул девку и вернул отцу, сказал, что бракованная и заштопанная. Он ей знатно рёбра в ту ночь пересчитал...

Я словно врос жопой в диван и нервно сглотнул. Я ни хуя не понимаю в этой сраной Санта-Барбаре.

— И что мне помешало ее от мудака отца утащить и просто помочь с проживанием, если мстил.

— А ты уже не мстил, ты крышей поехал. Потом Вартан поехал. Я хер знает, как она это делает, но вы оба влюбились без памяти и с рук её жрать готовы были. Роковая баба.

Гурам ржёт и качает головой. Потом добавляет, снова отвернувшись к окну.

— Только добивались по-разному. Ты раком поставил и натягивал, пока любить не стала, этот нежностью взял.

— Единственный, кого я здесь уважаю, ты, Гурам, - ржу я, а потом смотрю на смурного Вартана, который готов ногтями драть поверхность стола, - прости, Варта, но при всех твоих заслугах, первенство отдаю Гуре. Выстоял.