Книга Мой кавказский друг мужа, страница 79 – Юлианна Шиллер

— Тебе нужен отдых, — его тон становится жёстким, как сталь, не оставляя места для спора. — Ты только что вышла из комы. Ляг обратно.

— Чёрт... возьми, — выдыхаю я, чувствуя, как дрожат руки от паники, а не от слабости. — Ты... не понимаешь. Воронов... он сказал... нашёл её.

Руслан замирает. Удивление не трогает его глаз, в них проступает иное — тёмное, тяжёлое понимание, от которого мне становится ещё холоднее. Он медленно убирает руку, откидывается на спинку кресла и смотрит на меня с непроницаемым выражением лица, которое я ненавижу больше всего. Маска игрока в покер, скрывающая карты, способные меня убить.

— Я знаю, — говорит тихо.

— Знаешь? — хватаю ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег. — Откуда? Данные Воронова?

— Да, мы расшифровали пока ты спала. Мои ребята работали круглосуточно. Вскрыли его архивы.

— И? — подаюсь вперёд, игнорируя головокружение, которое пытается опрокинуть меня на пол. — Где она? Что... он планирует? Руслан... не молчи!

Молчит ещё секунду, словно взвешивая каждое слово, проверяя его на вес и токсичность.

— Владивосток, — произносит наконец. — Она во Владивостоке.

Владивосток — край света, утопающий в туманах и пересечённый длинными мостами, под которыми скользят тени контрабандистов. Город, где земля сливается с океаном, превращая побег в бессмысленное предприятие, ведь дальше пути уже нет. Всё обрывается там, на границе мира.

— Адрес? — шепчу, чувствуя, как холодеют пальцы. — Воронов... знает адрес?

— Был в файле. Подтверждённый неделю назад.

— Неделю... — прокручиваю в уме масштаб катастрофы. — Он сказал... угроза. Не просто... наблюдает. Готовит удар. Или... уже нанёс. Нужно... предупредить. Вытащить. Звонить Сергею... поднимать людей...

Я тянусь к тумбочке, шарю рукой по гладкой поверхности в поисках телефона, но его там нет. Конечно. Мои вещи остались в лофте или изъяты как вещдоки моей феноменальной глупости.

— Дай... телефон, — требую, протягивая дрожащую руку. — Позвоню Сергею. Он... должен знать.

Руслан не двигается. Он смотрит на мою ладонь, потом поднимает взгляд на моё лицо. В его глазах странная смесь жалости, фатализма и чего-то, что пугает меня до чёртиков.

— Ника, — его тихий тон, как у врача, сообщающего диагноз, заставляет кровь стыть в жилах. — Сергей знает.

Замираю, рука повисает в воздухе.

— Ты... сказал?

— Я показал ему файлы два дня назад. Пока ты лежала под аппаратами и боролась за жизнь.

— И что... он делает? — мысли мечутся, выстраивая схемы. — Собирает группу? Планирует... операцию? Владивосток... девять часов... частный борт...

— Он уже там, — обрывает меня Руслан.

Его слова повисают в воздухе, тяжёлые, как надгробные плиты. Смотрю на него, но не могу сложить их в осмысленную картину.

— Что... значит «уже там»?

— Он улетел сразу же, как увидел досье. Я пытался его остановить. Говорил, что он на взводе, что нельзя действовать на эмоциях, но ты знаешь Сергея. Когда дело касается Алины, у него рациональная часть отключается и остаётся только инстинкт убийцы.

— Один? — мой шёпот едва слышен.

— С ним начальник охраны и пара бойцов. Но по сути — да. Он полетел туда не как босс мафии, планирующий захват и эвакуацию. Он полетел как бешеный зверь, почуявший след крови.

Закрываю лицо руками. Паника ледяными иглами колет кожу. Сергей, полный ярости и боли, врывается в жизнь Алины. И находит там не только предательницу-шпионку... Он находит ребёнка, о котором не знает.