Книга Только моя, страница 94 – Кристина Зайцева

Вижу Олега у барной стойки, он бросает на нас взгляд через плечо и, хмыкнув, отворачивается. По мне он только взглядом скользнул, а по Антону прошелся сверху донизу. У Антона огромный синяк вокруг глаза, я к нему так и не привыкла. Хотя Матвеев и делает вид, что все у него отлично, мы спим раздельно. Не хочу ему мешать, когда он засыпает во время очередного фильма на ночь, пристроив свою инженерную голову где-нибудь у меня на груди, я осторожно испаряюсь, оставляя его на дачном диване одного. Сама сплю в гамаке на улице, а просыпаясь, всегда вижу заспанную побитую физиономию над собой.

На даче нас никто не тревожит.

Наш перекошенный медовый месяц…

Все будто приняли тот факт, что эти дни мы хотим провести только друг с другом и с Сахарком, которого забрали из семейной квартиры Антона и которого я возьму с собой, когда придет время возвращаться домой…

Завтра Денис Фролов отбывает в столицу. Антон присоединится к нему через три дня, именно такой промежуток времени он выделил себе для восстановления, с чем я, естественно, не согласна, но удержать его в городе невозможно.

Денис вместе с друзьями занимает один из столиков, у него что-то вроде прощальной вечеринки, на которой вижу уже знакомые лица: Карина, Кирилл Дубцов с женой и его двоюродный брат Стас, рядом с которым Даша. Еще здесь Никита Барков, я с ним несколько лет не общалась, и высокая брюнетка, та самая официантка, которую уже здесь видела.

Кроме Стаса за этим столом я близко никого не знаю, и не забыла, что Карина и Аня Дубцова не горели желанием со мной общаться всего каких-то две недели назад. Может, оттого что нахожусь в идеальном внутреннем балансе, меня это больше ни капельки не задевает.

Глаза Даши округляются, когда она видит нас. Стас тоже не остается равнодушным. Они оба смотрят на Антона, и только потом на меня, но в слова Дубцов облачает только одно из своих открытий, оставляя тему нашего совместного с Антоном появления нетронутой:

— Ничего себе. Вот это боевой раскрас…

— Привет, – Антон протягивает ему руку.

Глаза Даши падают на наши с Матвеевым сцепленные ладони и, когда моя коллега смотрит мне в лицо, я отчетливо вижу, что нам больше никогда не быть приятельницами. Но не собираюсь извиняться за то, что украла его у нее! Он никогда ей не принадлежал. Ни единой секунды!

Я тоже умею быть сукой. Иногда даже высокомерной. Вздергиваю вверх подбородок и отворачиваюсь, глядя на Антона, который пожимает руки сидящим за столом парням.

Они все под впечатлением. Все присутствующие за этим столом.

— Всем привет, – говорю, перекрикивая музыку.

В меня летят тихие приветствия, после которых Карина в шоке спрашивает:

— Кто тебя так?

— Упал.

Антон опускается на свободный стул, я сажусь на соседний.

— Ты сказал «ничего страшного», – подается вперед Денис. – Это ничего страшного?!

— А что здесь страшного? – парирует Антон. – Ты и похуже видел.

— Да, – кивает Денис, – но там безрукий долбоеб с двенадцатиметровой вышки свалился.

— Я буду в норме через три дня.

— Знаю, у тебя рог бараний во лбу, но если вдруг через три дня ты в норме не будешь, можешь взять столько дней, сколько нужно.

— Спасибо.

Почти уверена, что ни дня больше заявленного он на себя не потратит, поэтому и сердце у меня не пляшет от радости. Оно стучит ровно, ведь я уже смирилась с тем, что в нашем с Антоном случае время не растягивается, а сжимается.