Книга Спорим, не отвертишься?, страница 8 – Мари Скай

Оно облегает фигуру так, будто сшито по мне. Спина открыта почти до самого… ну, вы поняли. Декольте глубокое, но не вызывающее. И цвет. Красный. Греховный. Опасный.

Я делаю глубокий вдох и смотрю на часы. Без пяти семь. Сейчас он приедет.

Звонок в дверь раздается ровно в семь. Пунктуальный. Конечно, пунктуальный. У него же всё по контракту.

Я открываю.

И забываю, как дышать.

Александр стоит на пороге в идеальном темно-синем костюме, без галстука, верхняя пуговица рубашки расстегнута. В руках — букет белых пионов. Он смотрит на меня.

Смотрит так, что мне хочется провалиться сквозь пол.

— Алиса, — выдыхает он.

Голос хриплый. Чужой.

— Что? — мой голос тоже дрожит. — Что-то не так?

Он молчит несколько секунд. Просто смотрит. Скользит взглядом по моим волосам, по лицу, по шее, по платью… задерживается на открытой спине… возвращается к глазам.

— Всё так, — наконец говорит он. — Абсолютно всё так. Вы… охренеть.

Я смеюсь, потому что иначе разревусь.

— Спасибо за комплимент. Очень поэтично.

— Я не поэт, — он протягивает цветы. — Я человек дела. А дело говорит: вы самая красивая женщина, которую я видел в своей жизни. И я сейчас не играю.

Я беру цветы. Наши пальцы соприкасаются, и по руке бежит ток.

— Зато я играю, — напоминаю я, надеясь, что голос звучит уверенно. — С сегодняшнего вечера — официально. Подождите секунду, поставлю их в воду.

Я убегаю на кухню и прислоняюсь лбом к холодному холодильнику. Спокойно, Алиса. Спокойно. Это просто работа. Просто игра. Просто мужчина с красивыми глазами и опасной улыбкой. Ничего особенного.

— Алиса? — его голос из коридора. — Всё хорошо?

— Да! — кричу я бодро. — Иду!

Я возвращаюсь, на ходу поправляя платье. Александр смотрит на меня и качает головой.

— Что? — снова напрягаюсь я.

— Ничего. Просто думаю: какого черта я подписал этот пункт «без чувств»?

— Вы его сами придумали, — напоминаю я.

— Я идиот, — соглашается он. — Поехали. Нас ждут стервятники.

Он подает мне руку. Я беру её, чувствуя тепло его ладони. Мы выходим в ночь.

Особняк Руслана — это не дом, это дворец. Я смотрю в окно машины, и у меня отвисает челюсть. Мраморные львы у входа. Каскады фонтанов. Огромные окна, из которых льется золотой свет. И вереница машин, каждая из которых стоит как наша квартира.

— Не бойся, — тихо говорит Александр. Мы уже перешли на «ты» по дороге — для убедительности. — Я буду рядом.

— Я не боюсь, — вру я. — Я в ужасе.

— Это нормально, — он сжимает мою руку. — Первый выход всегда самый страшный. Потом втянешься.

— А если я опозорю тебя? Если скажу что-то не то или вилку не той стороной возьму?

— Алиса, — он поворачивается ко мне и смотрит в глаза. — Ты умная, красивая, острая на язык. Ты справишься. Просто будь собой. Только чуть более влюбленной в меня.

— Влюбленной? — я приподнимаю бровь. — В тебя?

— Именно, — он ухмыляется. — Смотри с обожанием. Слушай с интересом. Смейся моим шуткам.

— А если они несмешные?

— Смейся громче. Это раздражает врагов.

Я смеюсь. Реально смеюсь. И напряжение отступает.

Мы выходим из машины, и сразу несколько голов поворачиваются в нашу сторону. Александр берет меня за руку, переплетая пальцы, и мы идем ко входу. Его ладонь теплая, уверенная. Я чувствую, как от него исходит какая-то сила, и невольно прижимаюсь ближе.