Книга Пышка. Невинная для кавказца, страница 9 – Айрин Лакс

Всегда!

И, только упав, останавливаешься…

— Вторая попытка, Сахарная. Тоже… Сгорела!

В голосе появляются нотки удовольствия.

Азарт.

Пауза.

Такая длинная, что я едва не заорала сама: говори, что ты хочешь от меня?!

— Трусы.

Коротко и хлестко.

— Нет! — вырывается у меня. — Пожалуйста, только не...

— Трусы, — перебивает он. — Сама или помочь?

Я в ужасе смотрю на него. Он стоит в двух шагах, и я чувствую, как его взгляд буквально прожигает насквозь.

Я в юбке, но под ней…

Медленно, дрожащими пальцами, я просовываю руки под юбку.

Стыд обжигает щеки.

Стягиваю трусы вниз, перешагиваю через них. Остаюсь в одной тонкой шифоновой юбке.

Юбка и больше ничего.

Воздух холодит кожу в самых интимных местах. Я чувствую себя абсолютно голой.

Беззащитной. Его взгляд медленно путешествует по моему телу — от лица к шее, задерживается на груди, которая тяжело вздымается, скользит ниже.

Мои колени, которые трясутся так, что я едва стою.

И даже не могу рухнуть обратно в кресло.

— Хватит, — выдыхаю я, прижимая телефон к груди, пытаясь прикрыться хотя бы так. — Я больше не могу. Он не возьмет.

— Последняя попытка, — спокойно говорит кавказец. — И последний предмет — юбка. Потом я заканчиваю игру. По-своему…

Он гладит ладонью стол и слегка нажимает на него, будто проверяя, выдержит ли?

Стол слегка поскрипывает, а я вспоминаю его угрозы и…

Перед глазами проносится, как он толкает меня ладонью в спину, как пристраивается сзади…

Шок!

Я смотрю в темные порочные глаза кавказца и понимаю, он не блефует.

Ни капли.

Он сделает это.

Сделает!

Набираю номер в третий раз.

Гудки.

Один. Два. Три. Четыре. Пять...

— Кажется, не отвечает! — ухмыляется кавказец и достает из кармана пакетик с презервативом.

Надкусывает уголок, разрывая.

Шелест фольги звучит как выстрел по напряженным нервам.

Но гораздо громче раздается оглушительный щелчок…

— Тамерлан!

В кабинет врывается запыхавшийся мужчина.

Кавказец резко делает шаг вперед, загородив меня.

— Какого хрена ты врываешься без стука?

— Машину нашли! Ту, что угнал этот… чмошник Зайцев! Сгоревшая… И там…

Голос мужчины дрогнул, словно он собирался сказать что-то ужасное.

И то, что он скажет, изменит абсолютно все!

Алена

На пороге стоит тот самый мужчина, что привез меня сюда.

Мурат, кажется.

Он тяжело дышит, будто бежал, и вид у него такой, от которого у меня внутри все холодеет еще сильнее.

— Там сгорел кто-то! — выдыхает он с порога.

Я замираю. Сердце пропускает удар.

На лице Тамерлана напрягаются желваки на скулах.

— Твою мать, — роняет он коротко, жестко.

— Без ментов не обойтись, — продолжает Мурат, делая шаг в кабинет. — Машина сгорела полностью. Зарегистрирована на нашу фирму, выйдут на нас, будут задавать вопросы. Что делать, босс?

Тамерлан молчит. Смотрит на Мурата в упор. В комнате повисает такая тишина, что слышно, как гудит кондиционер.

— Проследи, чтобы наш человек занялся этим делом, — отвечает Тамерлан. — Изнутри. Кого надо — подсунь. Деньги решат.

— Хорошо, — кивает Мурат и уже разворачивается к двери.

Я сижу, вжавшись в диван, и пытаюсь переварить услышанное. Сгорел кто-то.

Машина. Угон. Менты.

Слова путаются в голове, не складываются в связную картину, пока одна единственная мысль не пробивается сквозь пелену ужаса:

Мой брат.