Книга Развод. Исправить ошибку, страница 41 – Ари Дале

— Даша… — все внутри леденеет. — Она… в порядке? — желудок скручивает, меня начинает мутить, стоит мне представить милую, кудрявую, рыжеволосую девчушку. Она своей широкой улыбкой заряжала радостью всех близких. Вокруг нее будто собирались лучики добра и дарили тепло окружающим.

Я видела Дашу последний раз… в тот самый день. Не знаю, что произошло, но от ее счастья даже следа не осталось. Кожа лицо стало мертвецки бледным, а яркие зеленые глаза, такие же как у моего бывшего мужа, застелили слезы.

— В порядке, — Леша постепенно успокаивается, его плечи опускаются. — Сейчас у нее уже все хорошо, — приподнимает сына, смотрит на него и улыбается.

Чувствую себя обессиленной. Не понимаю, что происходит. Мир словно переворачивается с ног на голову, оставляя за собой полнейший бардак. Эмоции в раздрае. Хочется одновременно рыдать и смеяться, биться в истерике, а потом забиться в угол, обнять себя за колени и раскачиваться, раскачиваться, раскачиваться. Вот только мне нельзя поддаваться чувствам, нельзя терять контроль. Если я хоть на секунду позволю себе расслабиться, то уже не смогу собрать себя по частям.

— Лена, — словно сквозь пелену ко мне пробивается голос бывшего мужа. Сосредотачиваюсь на нем. В его глазах мелькает беспокойство. — Что с тобой?

Глубоко вздыхаю, протяжно выдыхаю. Беру себя в руки, стараясь засунуть комок чувств подальше.

— Все хорошо, — пытаюсь послать сынишке, который тоже смотрит на меня, улыбку, но вряд ли получается выдавить из себя что-то дельное. — А что? — поднимаю взгляд на Лешу.

— Я задал тебе вопрос, — хмуриться. — И хотел бы услышать на него ответ.

Мои брови взлетают. Я разве так сильно закопалась в себе?

— Можешь его повторить? — переминаюсь с ноги на ногу, переплетаю пальцы перед собой.

— У тебя есть планы на сегодня? — голос Леши звучит строго, но все-таки в нем проскальзывают нотки, которые заставляют меня подойти к обрыву и повиснуть над ним.

Эмоциональные горки, которые устраивают мне бывший муж, заставляют меня еще сильнее переживать. Нужен всего очень толчок, и я полечу вниз.

— Кхм, — прочищаю пересохшее горло. — Хотела домой заехать, — от меня не скрывается, как Леша поджимает губы. — Вчера впопыхах не все собрала. Еще к соседке забежать нужно, а то она волнуется. Ведь мы вчера так быстро уехали. Я ей ничего объяснить не успела. И хочу подумать, как кровать Сашеньки перевезти, раз мы будем жить здесь… какое-то время, — выдыхаюсь.

Леша качает головой.

— Ты до сих пор лепечешь, когда волнуешься, — говорит будто себе и усмехается, когда Сашенька хватает его за нос. — Давай разбираться по порядку, — убирает ручку сына. — С вещами и соседкой я все понял. Но зачем кровать? Вчера же приехала.

— Но дома осталась “машинка”, — пожимаю плечами.

Леша сводит брови у переносицы, какое-то время молчит, словно вспоминает содержимое комнаты, а потом переводит взгляд на сына.

— Ты так сильно любишь машинки? — спрашивает совершенно серьезно. Сашенька, который переключился с отца на мишку, замирает. Они недолго безмолвно общаются, после чего Леша снова обращает внимание на меня. — Если поедешь за вещами, возьми такси. С кроватью чуть позже разберемся. А после обеда приезжай в офис.

— В офис? К тебе? — сердце пропускает удар. — Зачем?