Книга (не) прощу тебя, предатель, страница 106 – Ари Дале

— Вы готовы? — мягкий женский голос прерывает магию, которая образовалась между мной и мужем.

Саша выпрямляется, отходит в сторону. Я быстро стираю слезы, бормочу:

— Да, — смотрю на женщину, которая стоит недалеко от кровати.

На ней синий медицинский костюм. Светлые волосы заправлены под шапочку с цветастым абстрактным рисунком. Женщина ободряюще улыбается мне, а ее глаза светятся уверенностью.

— Хорошо, — Ульяна Дмитриевна, мой онколог, подмигивает мне. — Давайте убьем болезнь и вернем вам вашу жизнь. И не волнуйтесь, все это время я буду с вами. Кстати, Елена Васильевна тоже присоединится, хотя это не особо ее профиль, — женщина качает головой, но быстро возвращает взгляд ко мне. — Я сейчас пришлю медсестер с каталкой. И поедем в операционную.

Холодок в очередной раз бежит по позвоночнику, страх сводит желудок.

— Я могу сама дойти, — выдавливаю сквозь стиснутое горло.

— Такие правила, — женщина нежно улыбается мне, после чего уходит со словами, что скоро встретимся в операционной.

— Все будет хорошо, — Саша берет меня за руку, когда в палату входят две медсестры, которые вкатывают каталку.

— Кстати, я закончила несколько предварительных дизайн-проектов отеля, — указываю на ноутбук, лежащий на столе. — Выбери тот, который тебе нравится. Когда немного приду в себя, доделаю, — стараюсь, чтобы мой голос звучал оптимистически, но он дрожит.

Саша поджимает губы, явно, недовольный тем, что я тратила силы на работу, но ничего не говорит. Просто кивает.

Дальше начинается настоящая кутерьма. Меня просят лечь на каталку, потом куда-то везут. Долго везут. После чего поднимаемся на лифте вверх. А потом меня снова ждет длинный коридор и мелькающие на белом потолке квадратные светильники.

Саша все время до операционной держит меня на руку. Не отпускает до тех пор, пока ему запрещают продолжать путь. Но даже тогда он вырывает пару секунд на то, чтобы сжать мои пальцы крепко-крепко, еще секунду держит и… отпускает.

Мы смотрим друг на друга, пока захлопнувшаяся дверь не прерывает зрительный контакт.

Уже лежа в операционной и чувствуя, что туман анестезии уносит меня, могу думать лишь об одном:

“Я не сказала Саше, что прощаю его”.

Саша

Господи, почему же так долго?

Уже несколько часов я сижу на полу в белом коридоре перед операционной, подтянув ноги к груди, упираясь локтями в бедра, прислонив голову к сцепленным пальцам, и не могу найти себе места. Чувствую бессилие.

Диана, моя Диана… борется там за свою жизнь, а я не могу ничего сделать, чтобы помочь.

Может, оно к лучшему, что меня нет вместе с ней в операционной? Я уже и так столько горя принес своей жене. Мои демоны отыгрались на ней по полной. В последнее время, благодаря терапии, они заглохли. Но где гарантия, что не вылезут снова? Где гарантия, что Диана опять не попадет под удар?

Когда… когда!.. она поправится, мне нужно будет оставить жену. Дать ей развод и позволить жить своей жизнью. Это не значит, что я буду рядом, если понадоблюсь. Но нельзя допустить, чтобы мое прошлое снова отразилось на Диане.

Я, возможно, лишусь части души, когда оставлю жену, но, по крайней мере, она будет в безопасности.

Блядь! Я даже не заметил, что Диана была больна! Как я мог не заметить? Моя жизнерадостная Диана изменилась! Она стала совсем другой! Как я мог не понять, что это все воздействие болезни, а не какие-то манипуляции? Как?! Но, похоже, игнорирования мне оказалось мало. О чем я, черт побери думал, когда прикоснулся к Лизе? Я перешел черту! Что же я за муж такой?