Книга Открывая двери, страница 71 – Ари Дале, Жанна Никитина

— Ты меня поняла? — Антон скользит ладонью по животу, забирается под платье, касается клитора. Но больше ничего не делает. А мне так нужно… нужно… — Я спрашиваю, ты меня поняла? — чеканит прямо на ухо.

Мне требует несколько мгновений, чтобы понять, чего Антон от меня хочет.

Киваю.

Но, видимо, любимому этого мало.

Он вынимает пальцы из моего рта, обхватывает вторую грудь. Проделывает с ней все то же, что и с первой.

Нервы натягиваются. Дохожу до предела.

— Я хочу услышать от тебя, что ты моя, — слова Антона звучат напряженно.

Он тоже находится на грани. Да!

Шальная мысль появляется сквозь пучину страсти.

Сжимаю мышцы вокруг члена Антона. Он судорожно втягивает воздух.

— Плохая девочка, — предостерегающе хрипит и… замирает.

Разочарованно стону. Пытаюсь сама начать двигаться. Но Антон вдавливает меня в стену, после чего застывает.

— Говори, — цедит сквозь стиснутые зубы.

Ему непросто сдерживаться, я это знаю. Но Антон упертый баран. И проще дать ему то, что он хочет, чем остаться неудовлетворенной.

— Я твоя, — выдыхаю и сразу чувствую толчок.

Антон набирает прежний неистовыйтемп. Врывается в меня жестко, быстро. Но на этом не останавливается. Нажимает на мой клитор. Кружит.

Меня тут же обдает огненной волной. Содрогаюсь всем телом.

Мышцы максимально напрягаются. Застываю. Открываю рот, хочу вздохнуть, но не получается. Совсем.

Звезды вспыхивают перед глазами. Низ живота загорается. Складки пульсируют.

Удовольствие волна за волной проносится по венам. Тело слабеет, дрожит. Кожу покалывает.

Антон еще несколько раз толкается и кончает… в меня.

Наваливается сзади. Вдавливает меня в стену.

Жар его тела передается мне и не дает “остыть”. Кажется, каждая моя клеточка воспламеняется. Дыхание становится горячим. А в груди разливается самое настоящее тепло, которое называется… любовь.

Не знаю, сколько мы так стоим, но даже не успеваем прийти в себя, как слышим разъяренный рев:

— Да, твою ж мать!

Сердце пропускает удар. Распахиваю глаза, ловлю ртом воздух и… сразу закрываю лицо ладонями.

Кровь приливает к щекам, жар достигает шеи. Толком не могу вдохнуть. Не говоря уже том, чтобы перестать дрожать.

— Отвернись, — рявкает Антон, разворачиваясь и загораживая меня собой.

— Ты совсем охренел?! — тренер, вроде бы, Сергей, даже не пытается скрыть своего недовольства. — У тебя бой через пару минут, а ты тратишь энергию на… — резко выдыхает.

— Я сказал: отвернись, — рычит Антона.

Воцаряется молчание. Скорее всего, оно длится пару секунд, но мне кажется, что вечность. Стыд опаляет изнутри. Все, чего сейчас хочется — исчезнуть, раствориться в воздухе, превратиться в призрака. А может все сразу, лишь бы не чувствовать на себе чужой взгляд. Уже второй раз нас с Антоном застают при компрометирующих обстоятельствах. Что за черт?

— Жду тебя возле зала через две минуты, — в итоге, произносит тренер, после чего раздаются тяжелые шаги.

Как только они затихают, сразу же обмякаю в руках Антона. Переношу вес на стену, делаю глубокий вдох, но не успеваю прийти в себя, как чувствую холод. Антон отходит поправляет сначала мою одежду, потом, судя по шороху, — свою. Не проходит и минуты, как он поворачивает меня, заглядывает в глаза и оставляет короткий поцелуй на моих губах.

— Я люблю тебя, — произносит абсолютно серьезно, будто хочет вбить эти три слова мне в голову. — А теперь пошли, — хватает за руку и тащит обратно по коридору.