Книга Грешник, страница 80 – Сьерра Симоне

— А когда тебе не с кем трахаться? Что ты делаешь?

Я показываю ей: обхватываю член рукой и тяну вверх. Удовольствие пронзает пах, и мне приходится напомнить себе, что это всего лишь демонстрация, что она учится, что это часть плана и я не могу просто довести себя до оргазма, как мне этого хочется.

Я двигаюсь медленно, чтобы она могла видеть, что именно заставляет меня извиваться, чтобы могла запомнить равномерный ритм, который мне нравится, и хватку. А как она смотрит на меня – ее пламенный взгляд прикован к моему напряженному животу и бугрящимся бицепсам, к набухшей головке, которая раз за разом выглядывает из моего кулака.

— Можно я попробую? – спрашивает Зенни робким и одновременно возбужденным голосом. Бог ты мой, это самое сексуальное, что я когда-либо слышал!

— Да, детка. Конечно, можешь.

Я убираю руку и наблюдаю, как она сжимает мой член, немного неуверенно и без необходимого давления.

Но этого все равно больше чем достаточно. Ее лицо принимает решительное выражение, пухлые губки сосредоточенно сжаты, и пирсинг поблескивает, когда она морщит нос. Ее волосы ниспадают на плечи бесчисленными темными спиралями, грудь с сосками в виде тугих маленьких бусинок, грудная клетка и живот дрожат от прерывистого дыхания, которое она не может полностью контролировать.

Я закрываю лицо руками, чтобы не видеть Зенни, потому что даже ее неопытность чертовски привлекательна. В ней всего так много, слишком много, и я должен испытывать волнение, должен быть напуган тем, что у нее есть такая власть надо мной, но я не боюсь, и, возможно, именно это самое страшное.

Я позволяю ей экспериментировать с ритмом, темпом и хваткой, попробовать обводить и сжимать основание члена и ласкать головку, я позволяю ей все, что она хочет, и просто делаю все возможное, чтобы удержаться, чтобы сдержать свое обещание и не кончить от ее прикосновений.

Хотя это ад. Это агония.

Наконец она находит сверхчувствительную зону – снизу, прямо под головкой, и через несколько секунд я выгибаюсь дугой и тяжело дышу. Осмелившись выглянуть из-под своих рук, я вижу, как она впивается зубами в нижнюю губу и зачарованно смотрит на мой твердый, как сталь, член. Зенни рассеяно ласкает свою грудь свободной рукой, как будто не может не трогать себя, пока касается меня, как будто даже не осознает, что делает это.

Я кончу, если она не остановится.

— Хватит, – рычу я, садясь, и быстро хватаю ее, а она мило взвизгивает от удивления.

— Но я хочу увидеть, как ты кончаешь, – говорит она в моих объятиях. – Ты обещал, что я увижу, как ты кончаешь.

Зенни слишком совершенна, чтобы не поцеловать ее, поэтому я так и делаю. Прижимаюсь к ее губам своими и трахаю ее рот языком так, как хочу трахнуть ее киску.

— Ты увидишь, как я кончу, принцесса, – шепчу ей в губы. – Увидишь.

Ошеломленная поцелуем, она расслабляется в моих объятиях и, дыша со мной одним воздухом, неуверенно отвечает на поцелуй. Ее руки похожи на кошачьи лапки, когда она массирует пальчиками мою обнаженную грудь.

— Я хочу, чтобы ты кончил сейчас, – наконец удается ей произнести. – Сейчас.

— Сначала кое-что другое. – И если раньше мне нравилось, как Зенни восхищалась моим накачанным телом, то теперь я получаю еще больше удовольствия от того, что могу без усилий поднять ее на руки и положить поперек кровати лицом вниз, чтобы по полной насладиться вкусом ее попки и нежных складочек.