Книга Грешник, страница 105 – Сьерра Симоне

— Я хочу заняться сексом, – выражает недовольство она.

— Послушай, мисс «Половой акт не определяет секс», я думал, мы договорились, что я буду сам задавать темп. И это все является сексом, помнишь?

Она удрученно вздыхает.

— Да. Я помню.

— Хорошо. Ты – моя, милая, и я буду дорожить тобой. Хочу насладиться каждой частичкой твоего тела, пока ты расцветаешь, как бутон.

Мои слова – чистая правда, но втайне я рад, что она изголодалась по сексу. Я тоже жажду насладиться ею, но даже полное истощение не помешает мне превратить ее первый опыт в волшебство. А это требует времени.

Как только мы заходим в квартиру, я даю ей пять минут, чтобы она подготовилась для меня, а затем говорю, чтобы разделась и легла на кровать. Моя просьба встречена приподнятой бровью.

— Тогда ты тоже должен раздеться, – говорит она. – Это будет справедливо.

— Хорошо, – соглашаюсь я, и она смотрит на меня с подозрением, как будто моя спокойная уступчивость – это какая-то уловка. Я смеюсь. – Зенни, я с радостью разденусь для тебя. Меня возбуждает одна только мысль о том, что мое тело нравится тебе не меньше, чем мне твое. А теперь поторапливайся, чтобы мы начали развлекаться.

Она исчезает в ванной, пока я подготавливаю спальню, выключаю основной свет и включаю торшер, затем раскладываю на кровати реквизит для сегодняшнего вечера. Я не шутил, что ее очевидное желание безумно меня возбуждает, и мой член становится тяжелым и напряженным, когда я расстегиваю джинсы и снимаю рубашку и ботинки. Я практически голый, если не считать джинсов, мой потемневший от возбуждения член, словно толстый шест торчит из расстегнутой молнии, когда Зенни открывает дверь в спальню. Яркий свет, льющийся из-за ее спины, придает телу золотое сияние, озаряя эти длинные, гибкие ноги, подтянутый живот и дерзкие маленькие холмики груди, вершинки которых в данный момент венчаются твердыми, тугими бутонами. Ее волосы обрамляют лицо мягким темным ореолом, а глаза при таком освещении сияют, как звезды. Обнаженный ангел. Мой обнаженный ангел.

Член пульсирует, и мне приходится сглотнуть, чтобы обрести дар речи.

— На кровать, – шепчу я, почти умирая от желания, когда она подходит ко мне, и тени, отбрасываемые светом на ее кожу, рассеиваются. Каждый дюйм ее тела совершенен, и я не могу поверить, что из всех мужчин в мире она выбрала меня, чтобы разделить со мной свое тело. Разделить со мной свои улыбки, заботы, время и доверие.

Как, черт побери, мне так повезло? И как я смогу пережить это, когда все закончится?

— Я передумала, – произносит Зенни с легкой хрипотцой. – Можешь оставить джинсы.

Я понимаю: ей нравится видеть, насколько мучительно я в ней нуждаюсь. Отвешиваю ей легкий игривый поклон.

— Все, что пожелает миледи, – говорю я.

— Это сейчас ты так говоришь, но я знаю, что ты снова начнешь командовать… – Она замирает, когда видит, что я разложил на кровати, и я наблюдаю за выражением ее лица и реакцией тела, пока она рассматривает игрушки. – Шон?

Я подхожу к ней сзади, убирая волосы с шеи, чтобы пробежаться успокаивающими поцелуями вдоль плеча. Кончик члена касается ее поясницы, и мы одновременно вздрагиваем.

— Ты сказала, что никогда не пользовалась вибратором, – бормочу я, все еще скользя губами по теплой коже. – Я подумал, что было бы забавно попробовать.