Книга Придушил бы!, страница 8 – Agna Werner

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— И что мне с тобой делать?

— А что ты хочешь? — смотрит снизу вверх, поправляя тонкую бретельку платья.

— У-у-у... — Такие вещи лучше не произносить вслух. — По-хорошему в тебя надо влить сорбент, витамин С и уложить спать.

— Но сначала лучше хорошенько выебать.

— Да что ж тебя Архипов совсем не удовлетворяет, что ты полезла на первого встречного? — бурчу себе под нос.

— Что? — Она ослабляет шнуровку, спускает лямки, и платье падает вниз.

— Ничего... Уже ничего…

Не могу отвести глаз от молодой стоячей груди. Вид небольших, но наливных полушарий отключает мозг. Ласкаю взглядом тонкую талию и упираюсь в то, что с трудом можно назвать трусиками: еле заметный микроскопический кусочек черной прозрачной ткани. Она серьезно так разгуливала среди мужиков, которые пришли в клуб с одной целью: найти и отыметь какую-нибудь девушку?! Впрочем, как и я. Нет смысла строить святого, коим не являюсь. Одно но, я видел с какой легкостью она отшила нескольких парней, и вмешался только тогда, когда ситуация стала выходить из-под контроля.

— Накажи меня, чтобы я была покорной девочкой.

Да бля, похер, я тоже хочу трахаться. Пусть простят меня родители! Все, терпение закончилось. Резко прижимаю ее к стене, получая в ответ одобрительное "да". Сейчас ее губы не накрашены. В следующий раз попрошу воспользоваться той самой красной помадой. Хочу видеть ее отпечатки на своем теле и члене.

Я не буду спрашивать о том, не пожалеет ли она на утро о происходящем сейчас. Потому что мы оба будем завтра проклинать эту ночь. Но я не против рискнуть.

Лика выгибает спину, прижимаясь ко мне. Какая голодная девочка, видать совсем не удовлетворяет ее папик. Едкие слова так и торопятся слететь с губ, только после них уже ничего не будет, ее туман вожделения рассеется, поэтому держу язык за зубами.

— Как ты хочешь? — перехожу на шепот.

— А ты?

— Лика, хватит игр, — начинаю раздражаться. Это уже не смешно!

— Я не играю. Я люблю подчиняться, и когда меня жестко трахают. С поправочкой: в пределах разумного. Можно тебя раздеть?

Она меня с ума сведет! Что ж, получит за все сегодняшние приключения.

— Раздень, — пытаюсь придать голосу больше строгости.

Опустив голову, она задирает поло и стаскивает с меня. С интересом слежу за ее действиями, хотя чаще любуюсь на вид обнаженной аппетитной груди и затвердевших сосков. Рот наполняется слюной от желания облизать их. Ее тонкие пальчики расстегивают ремень, и в голову прокрадывается дикая идея. Не уверен, что девушка одобрит, поэтому стоит расставить все точки над и:

— Лика, я хочу тебя наказать.

Она замирает и покорно ждет продолжения. Я стою в расстегнутых джинсах. Пожалуй, пока останутся так.

— Как там у вас правильно делают? Кажется, договариваются о стоп-слове?

— Да.

— Пусть будет «Барий».

Кивает, закусив губу. Еще утром я и не подозревал, что таит в себе эта малышка. Сейчас она за все ответит.

— Отдай ремень, и пойдем со мной.

С большим трудом получается держать маску холодного и невозмутимого человека. Я же горячий южный парень, мне необходимы эмоции! Но раз ей надо так, придется подстраиваться.

— Подойди к дивану и перегнись через подлокотник.

Ни звука: покорность и исполнительность.

Трусики можно не снимать, потому что эту ниточку сложно назвать препятствием. Металлической бляшкой провожу между ягодицами. От холода ее кожа покрывается мурашками. Очень аппетитно. Черт, я никогда никого не шлепал, в голове выглядело гораздо проще, чем на практике. Складываю пополам ремень и легонько замахиваюсь. Лика вздрагивает от удара, но молчит. Где-то на четвертом я понимаю, как правильно бить.