Книга Придушил бы!, страница 7 – Agna Werner

— Пожалуйста. Нет уж, я сам вас отвезу, садитесь.

Лика непривычно молчалива и покорно садится на переднее сидение, Ира сзади. Девушка называет адрес, и мы отправляемся. Возле подъезда она предлагает Лике остаться у нее, но та отказывается.

— Ну вы даете. Куда тебя вести?

— Давид, я не хочу домой, — она непривычно капризничает в ответ.

Удивленно разворачиваюсь к ней и тут же жалею. Лика чуть наклонилась вперед, и мне прекрасно видно ложбинку между грудей в глубоком вырезе платья. С уверенностью могу сказать, что белья там нет.

— Лика, не беси, — не удается сдержаться. — Называй адрес.

— А если нет? — пьяная улыбка не менее соблазнительна, чем трезвая. Боже, дай мне сил…

— Что за детский сад? Тогда отвезу к Семену Васильевичу.

— Нет-нет-нет! — сбивчиво тараторит. — Он не должен видеть меня такой!

Противное чувство ревности и зависти выходит на первый план и неприятно колит в груди. А мне, значит, можно? Ну да, кто я такой? Всего лишь мимолетный знакомый.

— Лика!

— Что-то у тебя слишком жарко в машине, — проводит пальцами по краю декольте. Эта шнуровка посередине еще в клубе привлекла меня.

Твою мать, я тут из последних сил пытаюсь держать свое желание в купе со злостью под контролем, а она специально дразнит!

— А так? — Включаю климат-контроль.

— Все равно, — прискорбно вздыхает.

Она поднимает подол и начинает им махать, создавая "ветерок". Только не смотри, только не смотри... Но взгляд мимолетно падает на открывшийся вид: стройные светлые ноги, между которых виднеется кусочек черной ткани. Молодец, Давид, теперь у тебя окончательно встал! Единственная надежда на ледяной душ. Дожить бы до него. Надо отвлечься: молекулярная формула Магния глицината — C4H8MgN2O4. Не помогает. Подгруппа углерода: углерод, кремний, германий, олово, свинец, флеровий. Подгруппа азота: азот, фосфор, мышьяк, сурьма, висмут, московий. Что еще вспомнить…

— Давид, когда мы уже поедем?

Вздрагиваю от неожиданного прикосновения к волосам.

— Когда ты соизволишь сказать, куда тебя вести, Лика.

— Я не знаю, — по-детски хлопает густыми ресницами и пожимает открытыми плечами.

— Я тоже, девочка, — устало вздыхаю. Не так я планировал провести сегодняшнюю ночь, совсем не так.

— Я не девочка! Мне между прочим двадцать девять!

— Какие мы большие, — против воли дразню. Мы все еще застряли во дворе Иры. Вокруг полная тишина, все спят по своим кроватям. — А дяде Давиду двадцать девять (тоже), но он прожил две жизни за одну.

— Тогда ты не дядя. Давай к тебе?

Давлюсь воздухом и закашливаюсь. Лика по-свойски хлопает по спине. Издевается, не иначе.

— Сдаюсь. Положу тебя в другой комнате.

— Как скажешь.

Посмотри-ка, какая покорная, не наврала.

Через двадцать пять минут паркуюсь возле дома и помогаю ей выйти. Стараясь не перебудить всю округу, веду девушку в подъезд. В лифте Лика прижимается и произносит ласкающим шепотом:

— Давид, я люблю пожестче.

Смотрю в затуманенные алкоголем глаза и окончательно пропадаю. Опускаю взгляд на губы: я сразу приметил, что она их подкачивала, но сделано аккуратно, не вульгарно. Ничего не отвечаю, чтобы не провоцировать ее. Заходим в квартиру. Лика наклоняется, чтобы снять обувь, платье задирается и оголяет край аппетитной задницы. Да она издевается! Я вспоминал формулы, не помогло... Мама с папой занимаются сексом... Ну фу, вроде получше стало.