Книга Придушил бы!, страница 31 – Agna Werner

— Мне убрать? — решаю все же уточнить, чтобы наш секс не закончился очередной ссорой.

— Оставь, — она не сразу отвечает, будто колеблется.

— Можно двигать им? — затаив дыхание, жду реакции.

— Если только чуть-чуть, — раздается совсем тихо и невинно. Лика меня когда-нибудь с ума сведет! Как можно в такой ситуации сохранять ангельский голосок?

Она возвращается к своему занятию и, кажется, скоро кончит. По крайней мере, участившиеся громкие стоны, переходящие в крики, намекают на это. Аккуратно повторяю пальцем то, что Лика делает на мне. В данный момент меня заботит только ее удовольствие, поэтому стараюсь не помешать. В последний раз опустившись до самого основания члена, Лика сжимается и восклицает что-то не членораздельное. Твою мать, я хочу зеркальную комнату, чтобы в любой позе не упустить ничего!

Придя в себя Лика слазит и смотрит на меня:

— Как теперь хочешь ты? — по глазам видно, что она еще под кайфом, но уже торопиться ублажить меня.

— Ложись на свою конструкцию, — добродушно улыбаюсь.

Пристраиваюсь и закидываю лодыжки себе на плечи. Сверху рассматриваю ее вспотевшее тело, ярко-розовые соски, шею, к которой прилипли некоторые пряди волос. Я настолько перевозбудился, что несколько толчков подводят к самому краю и бросают в обрыв. Если с Ликой, то я готов падать туда хоть каждый день. Стенки влагалища плотно сжимают член, пока я изливаюсь внутри с продолжительным стоном. После обессилено падаю рядом.

— Мир? — раздается женский голос в полной тишине.

— Мир. Давай спать, — кидаю использованный презерватив на пол и прижимаюсь к Лике со спины. Остальное мы обсудим завтра, если не убьем друг друга, или она снова не сбежит утром.

Давид

Просыпаюсь опять один. Естественно, солнце радостно заливает спальню, ведь вчера никто не задернул шторы. Ну и куда моя воительница делась? Пока окончательно продираю глаза, слышу шум на кухне. Значит, не далеко. Уже хорошо. Встаю и иду туда. Хм, посмотреть есть на что: Лика в моем коричневом полотенце, которое с трудом прикрывает задницу, суетится возле плиты. Вспоминаю об одном своем должке, но торопиться не стоит.

— Доброе утро, — девушка замечает меня. — Слушай, у тебя холодильник забит разной полезной едой!

— Доброе. А ты думала обо мне хуже? — Некая обида закрадывается в мысли. Уж я-то прекрасно понимаю важность сбалансированного питания.

— Признаюсь, именно о холодильнике не думала. Умывайся и будем завтракать, — проскальзывают властные нотки.

— Хорошо, мэм.

— Я сейчас чем-нибудь в тебя запущу, — она пытается казаться сердитой, но получается слабо. Выдают губы, подрагивающие от сдерживаемой улыбки.

— Умоляю, только не туфли. Пощади дядю Давида.

В итоге прилетает прихватка и ее колючий взгляд. Вот же снежная королева.

— Эльзочка, я скоро, — не могу отказать себе в удовольствии полюбоваться ее резко вытянувшимся лицом.

Быстрый контрастный душ, чистка зубов и я снова чувствую себя человеком. К моему возвращению Лика успевает разложить омлет по тарелкам, нарезать огурцы, помидоры, красный перец и сыр.

— Я не знала, что ты пьешь утром, поэтому кофе налила только себе.

Она садится за стол и ждет. Я не тороплюсь, по ее лицу пытаюсь разгадать настроение, но все же отвечаю:

— Воду, я пью воду. На самом деле кофе употребляю редко, а чай в основном у родителей.