Книга Ищу маму для папы — спецназовца, страница 55 – Рошаль Шантье

Боже, да ты всю мою жизнь контролируешь! Мне пофиг какую часть телятины ты скажешь мне сожрать!

Примерно через такую призму кардинально разных взглядов проходит подобие трапезы. И я невольно убеждаюсь, что вот так Денис и вел себя все то время, что мы провели вместе. Я не была ослеплена деньгами и не умирала от хорошего отношения к себе, не повелась на золотые слитки или наличие у него машины. Нет, конечно, мне льстило, что если у нас с Денисом все сложится, то не придется экономить на вещах будущих детей, что я смогу посвятить себя воспитанию ребенка, а не бежать на работу, поскорее пристроив дитё в сад. Уверена, об этом думать разумно и в таком ключе рассуждают многие женщины. Однако финансовое положение Дениса никогда не являлось для меня решающим. Он нравился мне добротой и честностью, умением слушать мое мнение и в то же время решать ситуации, где мне необходима была помощь. Он прислушивался к моему мнению и желаниям. Никогда не упрекал, не унижал, не критиковал. Был ласков и внимателен. Но в то же время у меня не было возможности сдать назад. Выйти из отношений, когда я почувствовала в них себя плохо, как оказалось, было запрещено и сурово каралось. Только он забыл сказать мне об этом. Не случись той ссоры, когда я рвалась поехать на день рождения мамы, а Денис был против, мы бы встречались и дальше.

Виски неумолимо пульсируют и я прикладываю к ним пальцы.

Официант расставляет бокалы с красным вином, тарелки с горячим.

— За нас, — торжественно произносит Денис, поднимая бокал. — Пожалуйста, больше никогда не покидай меня, Стефания. Мне без тебя по-настоящему больно.

Горло немеет, язык прилипает к небу, пальцы, которыми я сжимаю ножку бокала дрожат. Мне отчетливо слышится угроза в этой простой фразы. Кажется, ужас становится хроническим.

Киваю, делаю глоток. По щеке стекает слеза.

Подавшись вперед, Денис протягивает руку и нежным движением смахивает остатки влаги.

— Ну-ну. Перестань, моя девочка. Не бойся, я всегда тебя найду.

Секунду назад, сделав глоток, я хотела прокомментировать, что в моем бокале вишневый сок. Теперь же любые звуки выпотрошились из горла, лишив меня способности говорить.

У Дениса звонит телефон.

— Работа, — благоговейно говорит он вместо извинений, и выходит из-за стола.

Выдыхаю. Буквально каждой клеткой чувствую, как невидимая рука отпускает мою шею. Смотрю на выход из ресторана, на окно, в котором маячит Денис.

— Нет, — убеждаю саму себя. Вслух убеждаю, потому что желание бежать рьяное.

Денис возвращается.

Когда приходит время десерта, я едва не подпрыгиваю на стуле. Отказываюсь и жалуюсь на головную боль.

Я хочу домой! Неужели не ясно?!

Денис смеряет меня обеспокоенным взглядом заботливого мужчины и меня ошпаривает ознобом. Потому что теперь мне известно: он совсем не такой. Денис великодушно соглашается и просит счет.

— Простите, — озадаченно мнется официант. — Не могли бы вы рассчитаться на баре? Видите ли, у нас были перебои со светом и бесконтактный терминал сильно глючит…

— Может, это вас глючит… — Денис недовольно косится на бейджик. — … Ян? И где парень, который нас обслуживал?

Пдщ. Разряд молнии.

Затаив дыхание, перевожу взгляд на парня в форме официанта. На мужчину в форме официанта, если быть точнее.

Это, естественно, бред больной фантазии в моей разболевшейся голове, но имя очень редкое.